Академия Ранмарн

Ведущие… в ярко-алых мундирах, высокие, сильные, положительные герои, в которых… я больше не видела ничего положительного.

Медленно подошла к Киену и невольно вздрогнула, когда спутник обнял за плечи. Но он заметил, и улыбка исчезла, сменившись едва скрываемым раздражением. Обнял крепче и, указав в небо, произнес:

— Смотри…

И я снова вздрогнула от грохота и шире распахнула глаза, потому что в небе началась огненная феерия. Грохот, и в темном небе расцветали огненные лирели… Так красиво… бесподобно прекрасно… Снова взрыв, и я читаю свое имя… Взрыв, и снова цветы, их сменила огненная Академия Ранмарн… Взрыв, и мой образ — образ знающей из синего огня…

— Киен, я…

— Ш-ш-ш, — он погладил плечи, наклонился и поцеловал, — просто смотри…

И я смотрела, как расцветает на небосклоне история любви… Взрыв, и в небе сверкают огненные слова: «Мой любимый цветочек».

— А теперь самое главное, — сообщил Киен и прижал меня к себе спиной.

Я смотрела все так же вверх и не сразу заметила, что алые фонарики взлетели в небо.

— Есть такая примета, — Шао взял мои ладони и чуть сжал, — если все фонарики поднимутся разом — союз будет счастливым… Как думаешь, мой цветочек, они поднимутся?

Я закрыла глаза, стараясь отбросить все мысли, и произнесла то, что он хотел от меня услышать:

— Да…

И лишь затем открыла глаза — фонарики, алые яркие фонарики разом взмыли в небо.

— Невероятно, — произнес один из ведущих, — никогда ничего подобного не видел.

— Ты счастливчик, Шао, — я и не заметила, что инор Райхо стоит рядом с нами, — даже небеса благоволят тебе.

— Сын, — на плечо Киена легла рука Отнара Шао, — это ты сделал?

— Как я мог? Их зажигал не я. — Киен продолжал обнимать меня, и голос у него был очень счастливый.