Пациентка по межзвездной переписке

— А вы всегда так пристально изучаете пассажиров?

Он тихо засмеялся.

— Всегда, Лилия. Я ученый, как бы по-вашему, по-человечески правильно это обозначить. Ну пусть будет культуролог — антрополог. Меня интересуют другие расы. Их традиции, обычаи, взаимоотношения друг с другом в семье. А людей я за свою жизнь видел не так много, а уж чтобы вот так напрямую пообщаться... Ты удивительная, как и твои сестры. Вы открытые, эмоциональные. Постоянно разговариваете, смеетесь, жестикулируете. Ваш отец бережно относится к вашей матери — это видно так сильно, что даже бармены, заприметив их, достают свежие соки.

— Он грузчик, всю жизнь проработал на заводе, — смущенно пробормотала. — Ой, а что это впереди?

У меня в глазах зарябило от открывшейся панорамы.

Базар!

Вот прямо такой, как его показывали в некоторых фильмах. Яркий, шумный и какой-то бесконечный. Шатры, прилавки, скамейки и столы. Что-то дымилось в стороне. Готовилось. Зазывалы кричали так громко, что до нас долетало.

Покосившись на огромные центральные часы, подсчитала, что у нас еще около пятидесяти минут.

— Мы хотя бы первые ряды пройти успеем? — Я повернула голову к господину Шуману. Он, потирая бороду, тоже оценивал масштабы местной ярмарки.

Над нами что-то шумно пролетело. Задрав голову, проследила взглядом за чудным транспортом, похожим на жука.

— Это патрули, Лилия, — подсказал мне новый знакомый. — Они следят за порядком. Я вот знаешь, что думаю, не успеем мы обойти все. Это просто нереально, но я хорошо изучил структуру практически всех подобных рынков. Они всегда делятся на сегменты, поэтому нам с тобой просто нужно выбрать то, что нам интересно, и пойти на те ряды. Они должны быть обозначены.

Я призадумалась. На ум почему-то сразу пришел Нум. Но он тут вообще никаким боком. Хотя... Я посмотрела на карту.

— Господин Шуман, а что можно подарить мужчине? Чтобы и недорого, но символично.

— Ты о женихе? — Он забавно прищурился.

— Ну, он не то, чтобы жених. Он мой врач... — Ой, не лукавь, клапуля моя...

— Кто? — не поняла я.

— Птичка такая. Маленькая, яркая и хитрая — клапуля. Вот и ты, как птичка, темнишь и недоговариваешь.