Отбор для Темной ведьмы

- Я приехала в столицу, – продолжила, повысив голос, – чтобы с меня сняли метку. У нас весь испытание «Честность», так почему я должна врать?! – повернувшись, обратилась к толпе придворных, заглушая их возмущенные голоса. – Возможно, другие Избранницы испытывают чувство величайшей любви к принцу, которую им прививали с раннего детства. Быть может, они играли рядом с его портретами и годами хранили его светлый лик в своем сердце… Но я выросла далеко от этих мест и с принцем до этого времени не была знакома. Как я могу испытывать любовь к тому, кого совершенно не знаю?!

Кажется, кто-то из дожидающихся своей очереди претенденток вознамерился упасть в обморок, но мне, опять же, было все равно.

- Но за день на Отборе я изменила свое решение. Раз уж меня отметили Светлые Боги, то… Так тому и быть, я останусь! Хотя бы для того, чтобы разобраться, – посмотрела принцу в глаза, – кто такой Айдар Орвик. – И пусть хоть все попадают в обморок, мне-то какое дело?! Потому что я – Темная, не Светлая, а мы не боимся говорить правду! – Именно поэтому я хочу остаться, и это мое искреннее желание.

Маги кое-как угомонили присутствующих и оказали помощь слабым нервами, после чего я повернулась к Источнику.

Пожалуй, у Светлых Богов все-таки есть чувство юмора, потому что они до сих пор хотели, чтобы я осталась на Отборе!

Затем все еще улыбающийся Айдар – интересно, чему это он так радуется?! – повернулся к Маргарет. Произнес ее имя и задал традиционный вопрос. Я ободряюще погладила девушку по голому плечу – платья мы носили без рукавов, чтобы все видели пылающие знаки Избранниц, – и Маргарет сделала шаг вперед.

"Айдар, подозреваю, тоже знал, что Маргарет вернулась из лазарета буквально за час перед испытанием, но все еще была слаба. Принц попытался ее поддержать. Голос его звучал ласково, и он одобрительно кивнул на скороговорку ее ответа. Да, Маргарет хотела остаться, да, она была влюблена… Затем мы уставились на Источник, дожидаясь новой вспышки света, но тот почему-то молчал. Вернее, волновался, как и прежде, но над ним так и не появилось ни единой руны.