Айвири. Дилогия (СИ)

Став невольным свидетелем нашего разговора, отец получил доказательства того, о чём догадывался долгие годы. И всё то, что я так отчаянно скрывала от него, не желая волновать и причинять боль.

— Было, но ты молчала. Почему? Ты моя дочь, Айвири! Ты княжна…

— Нет, — я тут же оборвала отца, произнеся то, о чем молчала все эти годы. — Я не княжна. Да, твоя дочь, но не княжна. Даже официальной записи о рождении нет. Я принадлежу Лаари, с рождения. Но ты… ты единственный, кто не хочет признавать этого. Думаешь, эти поездки что-то изменят? Я люблю тебя, очень сильно люблю, но чем дальше, тем сложнее.

Айва права. Мне не стоило приезжать, ни сейчас, ни ранее. Давно надо было отказаться, но я не могла… Так что не вини сестру. Она относится ко мне согласно моему статусу.

Все давно приняли моё предназначение. Все родственники, слуги, князья.

Все, кроме него, который не желал отпускать, тянул к себе, причиняя боль всем вокруг.

— Статусу, — прошипел отец в ответ. — Как те княжичи?

Он знал.

Надо было сразу понять, что князь Саир уже всё успел рассказать ему. Но я была так расстроена из-за венка, что обо всём забыла. Вот почему он сюда пришел, почему явился так быстро.

Ох, Лаари, спаси нас грешных, дай силы не натворить бед.

— Это случайность, — отозвалась тихо."

"— Случайность? Так, да? Случайность, ставшая закономерностью! Почему ты как какая-то служанка была отправлена наводить порядок в зале? Прислуживать собственной сестре? Это случайность? — спросил он еще больше нахмурившись.

И Айва под его взглядом слегка попятилась. — А ведь я строго запретил выходить тебе из покоев. И вы знали об этом, княгиня! Знали, но отправили её туда. Чтобы она попалась на глаза князьям? Или ликанам? Ведь ни для кого не секрет, что её разыскивали. Для чего? Решили потешить своё самолюбие? Поиграть с моей дочерью?

Отец говорил и пристально изучал мачеху, а та застыла, приоткрыв рот, ловя воздух как рыба, выброшенная на сушу.

— Забылись? Так я напомню кто есть кто в этом замке!

Всё зашло слишком далеко.

Надо это остановить. Прямо сейчас, пока еще есть возможность.

— Остановись, — прошептала я, покачав головой, вновь и вновь пытаясь достучаться до отца.

Не получалось. Закрылся, спрятался за болью и ненавистью. И помочь уже было нельзя. Слишком поздно. Теперь никто не смог бы образумить великого князя.

— Как ты сказала, Айва? — резко спросил мужчина, вновь взглянув на младшую дочь, которая замерла в испуге.