Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Так и продолжается этот танец, когда восторг зрителей переходит то к одному, то к другому, а, под самый конец, солисты танцуют вместе, двигаясь идеально слаженно, синхронно, зеркальным отражением друг друга. А внизу все вставшие со своих мест ""зрители"", плотным кольцом окружившие сцену, тоже с воодушевлением подходят к кульминации действия выраженной жестикуляцией вскинутых рук, играющих мускулами под обнаженной кожей торсов, то согнутыми покорно спинами, то гордо вздернутыми подбородками… И этот круговорот радости, бесшабашности, страсти, сменивший их уныние поздним вечером так похож на саму жизнь, на безумные качели побед и поражений, что просто дух захватывало.

* * *В день своего рождения Эйн привычно проснулся от собственного крика. Открыл глаза и увидел над собой испуганного Вилайди, трясущего его за плечи уже несколько минут, пытаясь разбудить.

— Уф, Верхний, если каждый первый чэйровень ты будешь будить меня подобным образом, я возненавижу твой день рождение примерно так же, как и ты.

— Прости, котенок, я не специально…

— Я знаю. Но это ненормально, Верхний! — последние месяцы Эйн очень пытался приучить звать себя по имени, аргументируя это тем, что он, конечно, в восторге от столь четкой расстановки статусов, но Вилайди уже состоявшийся парень, поэтому будет лучше, если при посторонних они не будут столь явно афишировать свои отношения. Вил старался изо всех сил, но в минуты сильного волнения все равно забывался."

"А как тут не волноваться, когда вот уже второе день рождение Эйн кричит и мечется по кровати, и, главное, не разбудить его ни как, чтобы прекратить этот кошмар.

Госпожа Айрин вчера вечером предлагала ночь с ней провести, а Верхний, старательно отводя глаза в сторону, запинаясь и подбирая слова пытался ей объяснить, что эта ночь ему ну никак не подходит, а вот следующая — вполне. Но, похоже, его теперь не скоро пригласят снова. Что-то они с госпожой последнее время в каких-то странных натянутых отношениях. Вроде и не поругались, но напряжение между ними, тугое, как капроновая нить.