Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Значит, в следующий раз Шайнэйлиера просто не брать с собой в эскорт? Но с ним было надежно и привычно, он сам сначала излучал уверенность и оптимизм и внушал одним своим видом, этой ободряющей улыбкой и так много значащими прикосновениями, что все будет хорошо… И верить в это ей жизненно необходимо.

Вариантов всего два — или оставить его с этой проблемой, просто дав выспаться и убедив назавтра, что все ему приснилось, или ломать по живому, заменяя его страхи на более привычные впечатления.

Кэйт ужасно боялась, что не сотрет предыдущий негатив, а добавит в него только недостающую толику, чтобы утопить его совсем в эмоциях кошмарного прошлого. Мама, видимо, очень небрежно играла в свои игрушки, раз не позаботилась о том, чтобы получившего моральную (а скорее всего и физическую) травму парня привести в чувство. Физическая со временем прошла, а вот другая прочно засела где-то в умных мозгах и убираться из подсознания Шайна не желала.

А что, если теперь уже ничего не поможет? А что, если она, ломая, причинит еще больший вред? И Шайн и от нее начнет шарахаться так же, как от своих предыдущих кошмаров. Потерять этого мужчину так быстро, едва успев привыкнуть к нему, прикипеть все душой, Кэйтайриона была просто не готова…

И все же, если она не рискнет, все равно придется его терять, иначе в свет выводить будет нельзя, а оставить его в качества комнатной игрушки, чтобы он так же поджидал ее, как сейчас Айк, живя моментами от встречи до встречи — не это ли более жестоко???

— Шайнэ, поговори со мной, — попросила Кэйт, усаживаясь на кровать и жестом повелевая рабу опуститься на колени.

Девушка обняла напряженную шею парня:

— Обними меня.

Послушно выполненная команда, ничего сверх поставленной задачи.

Ладно…

Поймать взгляд, медленно придвинуться ближе… не расстраиваться, что зрачки не расширяются от предвкушения, что из глаз не уходит настороженность…

Прижаться губами к губам, не вторгаясь, ничего не требуя, просто предлагая… Не хочешь? Или все еще не можешь поверить?

— Все будет хорошо, доверься мне, Шайн…

Ресницы дрогнули, опустил глаза….