Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

 — Мне показалось, или ты посмел меня ревновать?

— Вам показалось, госпожа, — смиренно ответил врунишка, бросив быстрый пронзительный взгляд на свою госпожу, и тут же снова изобразив готовность понести ""заслуженное"" наказание.

— Хорошо, потому что в ближайшие дни я буду немного занята, — сообщила девушка, решив немного прояснить ситуацию, чтобы любимчик не изводил себя напрасно. — Эта десятка — под большим вопросом, я хочу протестировать их сама.

— Этих? — скривился и чуть повысил голос Айк, и тут же спохватился: — Простите, госпожа…

— Ты верно услышал, — усмехнулась Кэйт, потрепав раба по скуле, под которой перекатывались желваки.

Бессильная злость на тех, из-за кого он вынужден будет ждать, пока любимая госпожа соизволит снова одарить его своим вниманием. А девушка продолжила: — Надеюсь, поймешь тоже правильно, и мне не придется повторять.

— Да, госпожа, — парень просто процедил положенный ответ, даже не постаравшись изобразить на лице покорность.

— А в качестве компенсации твоей моральной травмы, мой хороший, я объявила на тебя мораторий.

Никто из женщин тебя больше не позовет, пока я не решу иначе.

— Правда? — Айк с надеждой и облегчением посмотрел на госпожу.

— Разве ты сомневаешься в моих словах? — вопросительно вздернула бровь Кэйт.

— Ни в коем случае, госпожа. Простите!

— Умничка, — девушка не удержалась от соблазна провести ногтями по напрягшимся кубикам пресса почти до самой темной дорожки жестких волосков, ""ныряющих"" под свободные широкие штаны с очень низкой посадкой.

На бедрах они удерживались только за счет двойной резинки пояса.

Айкейнури шумно втянул воздух, проследив взглядом за тремя набухшими полосками потревоженной до крови кожи. Но это было все, чем он позволил выдать свое желание отправиться за госпожой в ее комнату немедленно.

""Неудачников"" он почти ненавидел — именно из-за них Кэйтариона отлучала его еще на несколько дней… Зачем ей вообще кого-то проверять самолично?!

Парень бешено ревновал.

Понимал, что это глупо, что желания или прихоти госпожи — не его ума дело, но все равно жутко страдал. С таким собственническим характером ему было непросто мириться с своим положением, но теперь от него уже ничего не зависело. Это в детстве определяют, кто из мальчиков достоин гарема, а кто может рассчитывать лишь на должность спеца в какой-либо из областей хозяйства. У него оказалось достаточно внешних данных.