А в Ростове снова дожди

 – Медленно проговорил он и, как только босоножки оказались брошенными на пол, резко схватил Вику за руку. Не дожидаясь, пока она опомнится и начнет брыкаться, втолкнул в ванную комнату. Включил холодный душ. Развернул ее к себе спиной и дернул замок на платье.

– Эй, что ты делаешь?! – взвизгнула она, но платье уже упало к ногам, оставив ее в красивом ажурном белье черного цвета.

Владимир подхватил ее на руки и втолкнул в ванну. Открыл воду.

– Прекрати! – верещала она, но он безжалостно поливал ее ледяной водой.

– Перестань! Мне холодно! Мои волосы промокли! Мой макияж! Мое белье! – она визжала и кашляла, захлебываясь холодными струями душа.

– Заново нанесешь свой макияж, когда протрезвеешь, – даже не думая сочувствовать, продолжал поливать ее водой он.

Когда от макияжа и прически не осталось и следа, Владимир выключил воду.

– Не понравилось? – ядовито бросил он. – Мне тоже не нравится, когда из-за глупой девчонки срываются мои планы!

Достал из шкафчика широкое махровое полотенце и швырнул к ее ногам.

– Как приведешь себя в порядок, приходи на кухню. Нам с тобой предстоит серьезный разговор.

И вышел.

Вика сидела в ванной, съежившись от холода, и плакала. С ней еще никогда не обращались так грубо.

«Ненавижу его! – всхлипывала она. – Ненавижу! Как я вообще могла подумать, что люблю его?!»

Глава 22

Владимир прошел на кухню. Его все еще потряхивало от злости. Пытаясь отвлечься, выглянул в окно. «Надо же было придумать такой бред и отослать его Лане!» – он с досадой стукнул ладонью по стеклу.

Включил чайник, достал из холодильника нарезанный лимон на блюдце. Когда эта эгоистичная капризная девица выберется из ванной комнаты, надо будет напоить ее горячим сладким чаем с лимоном. Иначе, еще не хватало, чтобы она простудилась под струями сплит-системы после холодного душа.

Бесшумно открылась дверь ванной. Вика показалась на пороге в одном нижнем белье, с рассыпавшимися по плечам мокрыми волосами, без тени косметики, и в ее глазах не было и капли раскаяния. Только негодование.

– Эй! – в руках она держала мокрое вязаное платье. – Ты совсем придурок?! Мое платье испорчено! Ты хоть знаешь, сколько оно стоит? Его нельзя мочить водой!

– Какая жалость! – фыркнул Владимир. Ага, видимо еще не уяснила, что с ним так разговаривать нельзя. – А может, тебя еще раз искупать?

– Ну, попробуй! – сощурив глаза, скрестила руки на груди Вика.

Его темной волной накрыла ярость. «Я убью ее!» – мелькнула последняя мысль, прежде чем он набросился на нее снова.