А в Ростове снова дожди

– Эй! – хмыкнула Вика, освобождаясь от цепких рук своих попутчиков. – Ничего не много! В самый раз!

– Я сам отвезу ее домой, – Владимир с силой привлек Вику к себе, отстраняя тем самым Артема.

– Уверены? Вика, ты его хорошо знаешь?

– О-о-о-о, я знаю его отлично, – пьяно хихикнула девушка.

– Ну, тогда я пошел, – обрадовался Артем.

– Иди, – зловеще улыбнулся Владимир и поволок Вику к дороге.

– Такси! Такси!

На плавящемся асфальте остановился новенький белоснежный автомобиль.

– Вам куда?

– На Журавлева, – подталкивая несносную девушку к машине, отозвался Владимир.

– Без проблем!

В машине работала сплит-система, и Вика понемногу начала приходить в себя.

– Почему на Журавлева? Мою улицу переименовали? – захлопала глазами она.

– Да, вчера еще, – хмуро глядя в окно, отозвался ее бывший директор.

– А, это хорошо, название Журавлева мне больше нравится, – выдохнула Вика и обратилась к водителю: – скажите, здесь можно платить кредитной картой?

– Нет, – странно посмотрел на нее со своего места тот.

– А как же… быть? – Вика вдруг икнула.

– О, Боже… – закатил глаза Владимир.

Таксист понимающе усмехнулся. Она обиженно перевела взгляд с одного на другого и решила больше не разговаривать с ними. Надула губки и уставилась в свое окно на проплывающие мимо магазины и дома.

Они быстро оказались на Журавлева. Владимир оплатил проезд и брезгливо вытолкнул свою спутницу на горячий летний воздух.

– Куда мы идем? – забеспокоилась Вика.

– Туда, где ты быстро протрезвеешь, – он крепко сжал ее локоть и втолкнул в свой подъезд.

– А зачем? – покачиваясь, настороженно осматривалась вокруг Вика.

– Потому что нам с тобой надо серьезно поговорить о твоем поведении.

Лифт, наконец, спустился и доставил их на третий этаж. Владимир открыл дверь ключом и втолкнул свою вынужденную гостью в просторный холл с висящими на стенах небольшими картинами.

– Ух, ты, красиво у тебя тут, – восхищенно проговорила она.

Тематику картин рассмотреть никак не получалось, все прыгало перед глазами. Вика попыталась расстегнуть босоножки на высокой платформе и, к своему стыду, чуть не упала.

Владимир, скрестив руки на груди, стоял в дверях и наблюдал за этим безобразием. Внешнее спокойствие было обманчиво – внутри все бушевало от ярости. Испортила ему вечер, а теперь настолько пьяна, что даже не может отвечать за свои проступки!"

"– Все, с меня хватит.