А в мечтах ты моя

Где-то совсем рядом слышался детский смех. Лай собак и низкие мужские голоса.

– Что там происходит?

– Пойдем, посмотрим.

Их компания прошла через огромный двор за дом, туда, где располагалась детская площадка, которую нынче, похоже, превратили в площадку для дрессировки собак.

– Вот так, Жучка, молодец! – кричал Матвей, задабривая псину кусочком говяжьей вырезки. – Дуня! Смотри, она понимает команды… Я ее научил. Сидеть!

Виляя хвостом, Жучка послушно села. Матвей торжественно развел руками, мол, а я вам что говорил?

– Дрессировщик из тебя вышел неплохой.

– Ром, это – Владимир Чернов. Мой будущий муж. Вот, решил сделать мне сюрприз, а я уже и не думала, что получится встретить Новый год вместе. Ничего, что мы без предупреждения? Еще один человек вас не потеснит?

– Нет, конечно, – заверил Быков.

– Вот и хорошо. Володь, это Роман – наш хозяин, мой хороший друг.

– И отец вот этого дрессировщика. – Ромка кивнул на сына и энергично встряхнул ладонь Чернова.

– И наш! – в один голос посчитали нужным уточнить девчонки, выходя из тени на свет.

– И их, – улыбаясь во весь рот, согласился Быков. – Это Ксюха. А это Кира, наша старшенькая. – Быков натянул на нос дочке шапку.

– Ну, блин! Папа! Мне же не два года.

Дуня заулыбалась. Было что-то ужасно трогательное в том, как Роман обращался с детьми. Это для кого-то он был крутым бизнесменом. А здесь, среди своих, он оставался все тем же Ромкой, которого она знала, кажется, тысячу лет.

– Матвей, заканчивай с дрессурой. И иди, мой собаке лапы. Видишь, гости уже начали прибывать?

– Терпеть не могу мыть лапы. Она постоянно вырывается, – буркнул Матвей. – Поможешь мне? Это же твоя собака, – он перевел невинный взгляд на Дуню.

– Твоя собака? – вздернул бровь Чернов.

– Вроде того, – Дуня отвела взгляд.

– Это ей дядя Семен подарил. А у нас Жучка на передержке. Пока Дуня не сможет забрать ее со щенками.

– Куда забрать? – вытаращил глаза Володя. – Ты правда собираешься забрать эту псину?

– Эй! Вообще-то Жучка хорошая. А умная какая! Скажи, пап! – вступился за свою любимицу Матвей. – И вообще… Дуня о ней мечтала. Так дядя Семён сказал. О ней мечтала и о щенках.