#8-Дань Псам

Мимо свечников и фитильщиков, глотателей огня и делателей песочных куличиков, мимо проституток, что на каждом апатичном шаге источают понимающие улыбки и жесты, будящие в людях ощущение мягкости мест тайных или, к крайней мере, скрытых от глаз - глядите, как рождается осознание, течет отливом истраченной юности и королевских сновидений, и они вздыхают и зовут: “Крюпп, милый мужчинка! Крюпп, не заплатишь ли за это? Крюпп, женись на нас всех и сделай нас честными!” И Крюпп торопливо пробегает мимо, ай, ай, как страшно вообразить подобное будущее! Скалки жен (да это будет целый строевой лес!), болтовня шлюх!

Минуем эти ворота, слава богам, в тоннель и наружу, и вот Цивилизация строго и четко замаячила вдали, и прямая его тень шествует, оживленная в одиночестве, и момент этот предоставляет времени достаточно, чтобы изучить итоги недавних проходов по жизни.

Из рукава извлекаются усаженная ягодами булка, спелый померанец, фляга мятного вина; из второго - новый серебряный столовый нож с монограммой Дома Варада (ох ты, откуда он здесь взялся?), и на полированном лезвии - удивительно! - уже маняще поблескивает слой масла, смешанного с медом - как много вещей скопили эти руки, пухлые, но ловкие, и как много их пропадает в гостеприимном рту под искушенным нёбом, как и подобает продуктам кулинарных искусств, ведь смешение простых продуктов порождает исключительный шедевр - мед, масло и - ох! - джем и тесто и сыр и плоды и копченый угорь… тьфу! безразмерный рукав предал его! Скорее вина - смыть непристойный (и на редкость жестокий!) привкус!

Руки снова свободны (на время), можно изучить новую рубашку, смесь ароматизированных свечей, комки шелковых ниток, отличные штаны и расшитые золотом сандалии, мягкие словно любая из четырех щек Крюппа; а вот кондом из козлиных кишок - боги, откуда он здесь взялся? Ну, пора заканчивать восхищение на редкость удачными ночными покупками - если та карга обнаружит, что на арфе остались всего две струны, каково придется лошади?

Наконец он встал перед самым суровым из суровых особняков.

Ступени и украшенный резьбой, хотя и строгий коридор, новые ступени, на этот раз под ковровой дорожкой и вьющиеся кверху, и еще коридор, а потом потемневшая дверь и - ох, отгоним эти защитные чары, силы благие! Внутрь.

- Как ты смог… да ладно. Садись, Крюпп, устраивайся поуютнее.

- Мастер Барук столь добр.