40° по Валентину (СИ)

Он обещал себе, что не посмотрит в телефон, если тот пикнет, но все равно разблокировал экран, когда высветилось сообщение.

«Чо делаешь умник?»

На экране ноутбука Джек рисовал Розу. Смотреть на это Валику всегда было неловко, потому что Роза краснела очень правдоподобно, поэтому он напечатал, предугадывая вопросы: «Смотрю фильм. Титаник. Да, старый».

«Это там, где ебались в машине, а потом тот чел утонул?»

«Он самый. Только там не об этом».

Макар, видимо воодушевившись, что отвечает Валик сообщениями по нескольку слов за раз, написал: «Ну да, не про это.

«Только не говори, что эта жирная корова могла подвинуться».

«При чем тут корова. Кто у нее разрешения спрашивал? Захотел бы — залез. Не утопли бы. Хуйло, а не мужик»."

"Валик задумался — а и правда, не утопли бы. Наверное.

«Смотри свои пиздострадания, умник. Не буду отвлекать. Соскучишься — пиши», — настрочил Макар и вышел из сети.

Отложив телефон, Валик сполз ниже и полез за сырными шариками, ловя себя на мысли, что уже не слишком-то интересно смотреть фильм в одиночестве.

С наступлением темноты пробудилось еще более древнее зло, чем Макар, — приперся Антон, которому Валик обрадовался больше, чем обычно, ведь оставаться наедине со своими мыслями он больше не мог. Его распирало изнутри новыми переживаниями, а Антон всегда умел делать такое участливое выражение морды, что поток красноречия начинался сам собой. Только в этот раз Валик не знал, с чего начать. Антон помог ему, споткнувшись о забытую на кухне Варей машинку из деталек лего.

— Вот это тачила! — восхитился Антон, по привычке тряхнув головой, будто отбрасывая с лица патлы, хотя мама недавно загнала его к парихмахерше, и та отстригла ему все лишнее.

Валик промотал в уме шутку в духе «хорошо, что только на голове, хотя какая разница, если все равно отстригли только то, что было длиннее пяти сантиметров», и произнес:

— Варя выпросила на Новый год.

— Вы с ней собирали? Или с батей?

Сам боженька — гейский точно — велел признаться, и потому Валик сказал:

— С Макаром.

Антон снова тряхнул башкой:

— Чё за Макар? Я только одного знаю, с турфака который, но если ты с ним собирал, значит я Саша Грей в Диснейленде.

— Значит, ты Саша Грей, — поворачиваясь спиной и доставая кружки с полки, вздохнул Валик. — Слушай, Тош… Как бы ты отреагировал, если б узнал, что твой друг гей?

— Не знаю, но пить бы с ним точно не стал. Что за намеки? — Антон сел за стол и колупнул ногтем кожицу мандарина, лежащего в вазочке.