1942. Реквием по заградотряду

– Ну что? – улыбнулся Костя. – Я пулемет с бронеавтомобиля прихватил. И две гранаты плюс пять бутылок. Мы всех этих фашистов в одиночку остановим. Ты да я…

– А те танки, что от бутылок увернутся, мы добьем прикладами, – засмеялся Севка. – И кошку твою съедим.

– Какую кошку?

– Это анекдот. Старый. Хотя для тебя, наверное, еще новый. Значит, так, входит в салун… в ресторан… мужик, сажает на стойку бара мышку и говорит…

– Идут! – прокричал Жуков, подбегая к ним. – Там… идут…

– Хорошо, – сказал Севка.

Жуков затравленно посмотрел на окоп.

– И знаешь что, капитан? – Севка демонстративно медленно расстегнул свою кобуру, вынул наган и положил его на край окопа. – Я у тебя буду персональным заградотрядом. Героически погибнуть мешать не стану, а бежать – лучше даже и не пытайся… Понял?

Жуков кивнул, потянул себя за ворот, вырвал «с мясом» крючок.

– Да не психуй ты, Жуков! – Севка вытер лоб пилоткой. – Все мы когда-то умрем. Не побежишь – умрешь позже. Один мой знакомый сказал, что победят те, кто заставит трусов бояться себя больше, чем врагов. Вот ты, капитан, бойся меня больше, чем врагов. Это тебе мой совет. Понял?

Жуков снова кивнул и пошел к окопу, загребая пыль носками сапог, еще несколько часов назад блестевших, словно зеркало.

Севка успел закончить анекдот, потом рассказать еще пару в тему, а потом из облака пыли у подножия холма вынырнула группа конников, человек в двадцать.

– До полуэскадрона, – официальным тоном прокомментировал Костя. – Если и там кавалерия, то, считай, нам повезло. Умрем не сразу. Этих – так во всяком случае положим. Ну переполовиним, точно.

Кони и всадники были разные. Несколько высоких, стройных лошадей и с десяток низкорослых.

– Калмыки, мать их так, – сказал Костя. – Привели. Скот делить хотят… Эти, даже если бы мы всех гражданских отправили к Волге, не отцепились бы. Так что правильно, что люди не ушли. Правильно.

– Ну, правильно так правильно, – протянул Севка, пристраиваясь к пулемету. – Ты ленту подавай, пожалуйста…

– Ты же сам сказал – подпустить как можно ближе. А до окопов конникам еще метров сто…

– Моя любимая дистанция, – пробормотал Севка.