Неуловимый. Часть 2

Многое понял герцог, осознав известие, что девушка всё-таки не свободна, и видя, что купец, пытаясь вывести из-под удара её господина, даже сам пытается подставиться под поединок. Увы, но такое развитие событий его полностью устраивает. Раз есть мандраж у этого непонятного купчины, то и шанс отомстить за унижение и смерть мага у него может однозначно появиться.

Видя, что герцог не повёлся на его провокацию, виконт коротко мотнул головой, смотря при этом на меня.

Понятно, зовёт. Вот же, а я так надеялся, что без меня всё обойдётся.

"Кроме того, что-то странно ведёт себя герцог: ни капли сожаления нет в его глазах из-за гибели верховного мага герцогства, даже, наверное, наоборот, какое-то облегчение и веселье в его взглядах на меня проскальзывает. А когда я, спрыгнув с телеги, направился в их сторону, и вовсе предвкушающе заулыбался.

– Ничего, – с нарастающим раздражением подумал я, – сейчас мы тебе эту улыбочку сотрём. Очень похоже, что молодой рыцарь, который и заварил эту кашу, позарившись на мою подружку – сынок герцога.

нарвись он на простой караван, и девчонка уже отрабатывала бы телом за надуманные обвинения в её сторону.

Я, молча, подошёл вплотную к виконту.

– Это и есть её господин на сегодня. Под присягой подтверждаю выплаченные им отступные семье девушки! – громко сказал купец. – А теперь, если вы не против, господин герцог, выслушаем, что нам скажет этот юноша.

Все внимательно уставились на меня.

– Накручивать и без того непонятное происшествие, которое привело к гибели вашего человека, я бы не хотел, а потому, я думаю, хватит трех сотен золотом и вон той висюльки на груди вашего человека, устроившего это непотребство. Со стороны она выглядит богато, думаю, моей девочке она придётся по душе и заставит забыть о нанесённом ей оскорблении и пережитой боли.

Понятно, что простолюдинка и пяти золотом, а то и серебром не стоит, тем более она явно не воин. Так что мои выдвинутые требования были заведомо невыполнимы и если бы герцог без обсуждения и криков принял мои требования, то он просто потерял бы лицо в глазах своих людей.

На это, в принципе, и был расчёт.

Герцог с презрением осмотрел мой неприглядный вид. Босые ступни, рваные, старые брюки, превращённые мной специально в бриджи.