Золотой ворон

Узнавая внешний мир, молодой господин смутно начал осознавать, что его предки возродили в Ямаути внешний мир.

Выходит, Ямаути – это садик, созданный по подобию внешнего мира, а ее народ, способный принимать человеческий облик, – замена людям, которые там обитают. Наследник заподозрил, что, вероятно, человеческий облик ятагарасу, противоречащий их сущности, тоже связан с этим. Однако это слишком вздорные предположения, чтобы объявить подобное здесь перед всеми.

– Так или иначе, раз там были человеческие кости, пещера обезьян точно соединяется с внешним миром.

Выслушав размышления молодого господина, Сумио пробормотал:

– Действительно, в Садзаки обезьяны не пытались съесть коня. Значит ли это, что они считают пищей только тех существ, которые выглядят как люди?

Где-то есть такой же проход в пограничье между Ямаути и внешним миром, как пещера, найденная королем Саку.

Вдруг Рокон, который стоял опершись спиной о дверь комнаты и молча слушал разговор, лениво сказал:

– Судя по тому, что я услышал, догадываюсь, что он находится где-то в Тюо.

– Что?!

Нацука живо оглянулся, а Рокон равнодушно ответил ему:

– Смотрите сами: и те ворота, о которых мы знаем, и те обезьяны находятся в пещерах, связанных с горой Тюо. Если дорога во внешний мир тянется из центра горы, тогда становится понятно, почему головорезы Подземного города владеют Третьими воротами. Теперь мы знаем, что проходы принадлежат двору и Подземному городу. Этих ворот двое. Неважно, что одни находятся выше, а другие ниже, начальная точка и тех, и других – в этой горе.

Видимо, благородные вороны, решившие построить дворец у вершины, нашли двое ворот, вытачивая гору. Это были ворота Кин-мон и ворота Судзаку-мон. Из-за того что усадьбы благородных воронов принято строить на склонах горы, других ходов во внешний мир не обнаружили."

"И напротив, под горой, куда благородные вороны не добрались, продолжали работать обитатели Таниай. Вполне вероятно, что, выдалбливая Подземный город, они нашли и Третьи ворота, и ту пещеру с горой костей.