Зима волка

 — Он крепче прижал ее к себе, и его длинные волосы коснулись ее щек в успокаивающем поцелуе. — Я в порядке. Донал позаботится об… Элвисе.

Она все равно должна проверить. Из уроков Сэнсэя она уяснила, что мужчины никогда не признаются в том, что им больно. Бри попыталась встать, несмотря на хватку Зеба, но мышцы не слушались ее.

— Почему я чувствую себя такой слабой?

— Исцеление использует часть твоей собственной энергии. Какое-то время ты будешь уставать.

— Что?

— Ложись, черт возьми. — Мужской голос.

Бри подняла голову.

Элвис стоял перед ней и Зебом, отвернувшись. Высокий темноволосый мужчина уговаривал собаку лечь, но Элвис не двигался. Он охранял их.

— Черт, Шей, — сказал Зеб и попытался встать, держа ее на руках.

— Отпусти меня, — борясь с хваткой Зеба, Бри начала искать глазами Шея. Он мог бы помочь с Элвисом.

Раздраженно хмыкнув, незнакомец повернулся к Калуму.

— Козантир, он слишком взволнован, так я не смогу ему помочь. Люди ушли. Заставьте его обернуться.

— Шеймус. — Калум ухватился за отвисшую кожу на шее собаки, удерживая Элвиса, несмотря на все его попытки вырваться. Его голос стал глубже, вибрируя, как самая низкая клавиша на церковном органе.

— Трансформируйся.

Пес расплылся, словно его окутал туман, а потом появился Шей, стоявший на четвереньках. Обнаженный. Никакого пса.

— Нет! — Чудовище изменилось также. В ее квартире. Стало человеком. А потом… паника охватила Бри, и она боролась с безжалостной хваткой Зеба. — Отпусти меня!

— Ш-ш-ш.

Она вздрогнула от неожиданности. Шей. Не монстр.

Плечо мужчины представляло собой жуткое, изуродованное месиво. С шеей было еще хуже. Как когда-то у Элвиса.

Слезы жгли ей глаза и катились по щекам.

— Он истекает кровью. Мы должны ему помочь.

— Целитель обо всем позаботится.

Алек положил одеяло на землю рядом с Шеем. — Вот, кахир.

Все еще стоя на четвереньках, с трясущимися руками, Шей не двигался.

Его стально-голубые глаза остекленели, когда он посмотрел на нее и Зеба.

— С ней все в порядке, — сказал Зеб. — Тащи свою гребаную задницу на одеяло и дай целителю сделать свое дело.

Шей откинул волосы с глаз, пристально глядя на нее.

— Я в порядке, — прошептала она.

С тихим стоном Шей рухнул на бок. Белое одеяло на глазах начало перекрашиваться в красный.

— Приступим.