Женщины Цезаря

 – Кучка женщин избавляется от своей обиды на мужчин! Какой в этом смысл? Я видел кнуты! Я знаю о змеях! Это абсолютная чушь!

Но это лишь ухудшило положение. Все три женщины налетели на него. И Клодий получил новую порцию пощечин и тумаков.

– Bona Dea, – проговорила Клодилла сквозь зубы, – это тебе не красивая греческая статуя! Bona Dea стара, как Рим, она – наша, она – Благая Богиня. Все женщины, что были там, осквернены тобой, а беременные будут вынуждены принимать снадобье, чтобы избавиться от проклятого ребенка.

– В том числе и я, – сказал Фульвия и заплакала.

– Нет!

– Да, да, да! – крикнула Клодия, пнув его ногой. – Клодий, зачем? Ведь есть тысячи других способов отомстить Аврелии и Фабии! Зачем было совершать святотатство? Ты обречен!

– Я не подумал об этом, все казалось просто идеальным! – Он попытался взять Фульвию за руку. – Пожалуйста, не причиняй вреда нашему ребенку!

– И ты еще не понял? – крикнула она, отпрянув. – Это ты причинил вред нашему ребенку! Родится бесформенное чудовище, я должна избавиться от него! Клодий, ты проклят!

– Уходи! – крикнула Клодия.

И Клодий выполз из комнаты на животе, как змея.

– Надо еще раз провести ритуал Bona Dea, – сказала Теренция Цезарю, когда она, Фабия и Аврелия явились в кабинет великого понтифика. – Ритуал тот же самый, но с добавлением искупительной жертвы. Девушку Дорис надо наказать так, чтобы ни одна женщина не могла рассказать о том, что с ней случилось. Никому, даже великому понтифику.

«Благодарю всех богов за это», – подумал Цезарь, сразу догадавшийся, кто будет этой искупительной жертвой.

– Значит, вам нужен закон, чтобы объявить один из предстоящих комициальных дней nefasti, и вы просите великого понтифика провести его в религиозном собрании семнадцати триб?

– Правильно, – взяла слово Фабия, чтобы Цезарь не подумал, будто она зависит от двух женщин, которые не являются весталками. – Празднования Bona Dea нужно отмечать в dies nefasti, а до февраля больше таких не будет.

"– Ты права, Bona Dea не может бодрствовать до февраля. Может быть, назначить шестой день перед идами?

– Отлично, – сказала, вздохнув, Теренция.

– Bona Dea спокойно отойдет ко сну, – утешил их Цезарь. – Мне жаль, что каждая беременная женщина, присутствовавшая на празднике, должна будет принести жертву куда более серьезную. Я больше ничего не буду говорить. Это дело женщин. Помните только, что ни одна римлянка не осквернила Bona Dea.