Женщины Цезаря

"

"Обещая Марсу Непобедимому специальную жертву, Лукулл был готов к бою на рассвете, на шестой день октября. Сняв осаду, римский военачальник занял холм между приближающейся лавиной армян и городом и расставил свои войска. Хотя Лукулл не мог знать, что Митридат посылал Таксила предостеречь царя царей, он точно знал, как спровоцировать Тиграна на сражение: собрать свою маленькую армию в одном месте и сделать вид, что она пришла в ужас от гигантских размеров армянского войска. Поскольку все восточные цари убеждены в том, что сила армии в ее численности, Тигран обязательно нападет.

И Тигран атаковал. Эта атака закончилась полным разгромом. Никто из армян, включая Таксила, казалось, не понимал преимущества возвышенной местности. Когда огромная масса хлынула на холм, Лукуллу стало очевидно: никто в армянском командовании даже не подумал выработать тактику или стратегию. Чудовище выпустили на волю, больше ничего не надо.

Воспользовавшись благоприятным моментом, Лукулл обрушился с высоты своего холма, беспокоясь только о том, что горы трупов в конце концов окружат их непреодолимой стеной и помешают одержать полную победу.

Как сообщил Лукулл в своем отчете сенату в Рим: «Свыше ста тысяч армян мертвы, павших римлян – пять тысяч».

Царь Тигран бежал во второй раз. Он настолько был уверен, что попадет в плен, что отдал свою тиару и диадему на хранение одному из сыновей, заклиная того, куда более молодого и легкого, скакать вперед быстрее. Но юноша передоверил тиару и диадему подозрительного вида рабу. В результате через два дня армянские символы власти оказались у Лукулла.

Греки, вынужденные жить в Тигранокерте, открыли городские ворота с огромной радостью и на плечах внесли Лукулла в город. Все перенесенные ими лишения ушли в прошлое. Фимбрийцы наконец утонули в нежных объятиях, на мягких постелях, они ели, пили, распутничали, грабили. Трофеи были потрясающие: восемь тысяч талантов золота и серебра, тридцать миллионов медимнов пшеницы, неслыханные сокровища и произведения искусства.