Женщины Цезаря

От берегов Гирканского моря до берегов Срединного моря раздался клич ко всем подданным Тиграна: прислать ему войска, прислать ему катафрактов, прислать ему бедуинов из пустынь, если нельзя будет найти других солдат! Тигран и подумать не мог, что Рим посмеет вторгнуться в Армению и постучать в ворота его новой столицы."

"Пока его отец метался в горах между Тигранокертом и озером Тоспитис, Митрабарзан повел навстречу римлянам оставленный ему гарнизон вместе с несколькими соседними племенами бедуинов. Лукулл разбил их и приступил к осаде Тигранокерта, хотя его армия была слишком малочисленна, чтобы ее можно было растянуть на всю длину стен.

Поэтому римский полководец сосредоточил свои силы на воротах и на неусыпных дозорах. Поскольку он тоже был бдителен, из города выпускали очень мало людей, а в город вообще никого не пускали. Не то чтобы Лукулл был уверен в том, что Тигран не сможет противостоять длительной осаде. Просто он рассчитывал на то, что длительной осады не захочет сам Тигранокерт. Первый шаг – побить Тиграна в бою. Это приведет ко второму шагу – сдаче Тигранокерта, жители которого не любили, но очень боялись Тиграна. Он населил новую столицу, расположенную далеко от Северной Армении и от старой столицы Артаксаты, греками, привезенными против их воли из Сирии, Каппадокии, Восточной Киликии. Это была основная часть программы эллинизации, которую Тигран намеревался осуществить над своим народом, в основном мидянами. Греческие культура и язык – залог цивилизованности. Мидийская культура и язык – признак людей низшего сорта. И Тигран похищал греков.

Хотя два великих царя помирились, Митридат был слишком хитер, чтобы быть сейчас рядом с Тиграном. Вместо этого он расположился со своей армией в десять тысяч человек к северо-востоку от того места, куда убежал Тигран. Его мнение о Тигране как о военачальнике было не слишком высоким. С Митридатом находился его лучший полководец, его кузен Таксил. Когда они услышали о том, что Лукулл осадил Тигранокерт и что Тигран собирает огромные силы, чтобы снять осаду, Митридат послал своего кузена Таксила увидеться с царем царей.

«Не сражайся с римлянами!» – передавал Митридат.

Тигран был склонен прислушаться к этому совету даже после того, как ему удалось собрать сто двадцать тысяч пехоты от Сирии до Кавказа и двадцать пять тысяч страшной кавалерии – катафрактов, с головы до ног облаченных в броню. Он стоял приблизительно в двадцати пяти милях от своей столицы, в уютной долине, но ему надо было двигаться.