Мой дикий сводный

Пусть сам и разгребает. – тихо бурчу и отворачиваюсь так, чтобы было похоже на то, что я сплю, потому что больше не хочу разговаривать на эту тему. И неожиданно вырубаюсь."

"Просыпаюсь от тряски, озираюсь по сторонам. Уже стемнело. За окном – не Москва. А какие-то поля и темная узкая ухабистая дорога.

– Мы где? – удивленно выпрямляюсь и смотрю на Рэма. Сводный сидит на переднем сидении и задумчиво смотрит в окно.

– Тебе в рифму ответить? – устало отзывается он.

– Я не с тобой разговариваю, – огрызаюсь.

– Ну, давай я отвечу.

– Что? – переспрашиваю, потому что не знаю, что за слово такое.

– Укрепление командного духа. – бурчит Мир.

Замолкаю и снова смотрю в окно. Интересно… И как это будет происходить? В поход, что ли, идем все вместе?

Сквозь тонировку и сгущающийся сумрак замечаю какие-то строения. Вытягивая шею, смотрю вперед. Свет фар выхватывает маленькие темные избушки. Высокая машина таранит снег и плывет по нему, как корабль по морю, то и дело виляя из стороны в сторону.

Внезапно внедорожник останавливается, освещая фарами высокие стволы елок неподалеку.

– Застряли? – испуганно сжимаюсь.

Сидеть в таком неуютном месте мне совершенно не хочется и даже присутствие рядом двух мужчин мало меня успокаивает. Я боюсь темноты.

– Приехали, – открывает отчим дверь и прикуривает. – Выходим.

Смотрю на лес впереди и передергиваюсь.

Он точно не решил нас закопать?

3. Забава

Отчим спрыгивает, утопая в снегу почти по колено.

– Выходим, выходим. – подбадривает нас, а сам идет к багажнику.

Достает из него что-то, пока мы нехотя вылезаем из теплой машины в холодные сугробы. В мои ботинки сразу набивается снег, обжигая голую кожу на щиколотках.

Озираюсь по сторонам и ежусь. Несколько темных домов по соседству и лес. Глухой, хвойный. Страшный.

– Вот ваш дом, – кивает Рэм на самый крайний к лесу.

– Н-наш дом? – выдыхаю, оборачиваясь.

Мирон обходит машину и встает у меня за спиной. Впервые я радуюсь, что он сзади. Если кто-то решит на нас напасть, его сожрут первым.

– Ваш, ваш. – Рэм вытаскивает из багажника два пакета, пихает в руки сыну и запрыгивает обратно в машину. Смотрит на нас пристально. – Тут еда. С новосельем.

– Ты серьезно? – раздражённо хмыкает Мирон у меня над головой.

– Абсолютно. – кивает отчим.

– Там же холодно, – пытаюсь воззвать к его разуму.

– Там есть печка.