Жена самурая (СИ)

Отчего Фудзивара не собирал больше волосы в пучок на затылке? Каким поступком навлек на себя позор? Кто его наказал — глава клана или он сам?

Из них троих один лишь Нарамаро не запятнал своей чести.

«Этого ли ты от меня ждал, отец?»

Левой рукой он потянулся к затылку и почти почувствовал волосы, пропущенные меж пальцев, когда вспомнил, что левой руки у него давно уже нет. И Фухито, и Нарамаро тщательно старались не смотреть в его сторону, и Такеши понял, что оба видели его поднятую и поспешно одернутую прочь руку.

"Он вздрогнул — вновь! — когда Нарамаро протянул ему чашечку саке. Они молча сделали по маленькому глотку, а оставшееся саке выплеснули на землю за пологом.

«Пусть ничто тебя больше не тревожит, отец».

Нарамаро и Фухито смотрели на Такеши и не узнавали. Они помнили его совсем другим.

— Мы не надеялись увидеть тебя вновь, — выпалил Татибана, чей голос всегда бежал впереди мысли.

Судя по сухой ухмылке Такеши, он оценил это высказывание по достоинству.

— Как ты сбежал? — он порывисто сжал плечо Минамото, опустившись на футон подле него. В палатку сквозь распахнутый полог проникал осенний ветер. Холод стелился по земле, и при каждом слове изо рта вырывалось облачко пара.

Такеши мимолетно опустил взгляд на сложенные на коленях руки. Руку.

Сколько вопросов повисло между ними. Сколько ответов на них требуется дать!.

Мысли путались, хаотично перескакивали с одного на другое. Почему убит отец? Сколько солдат у них есть? Что известно о Наоми? Как… как его ребенок? Где сосредоточены основные силы Тайра? Сколько запасов у них есть в преддверии грядущей зимы? Когда Фухито лишился права носить традиционную для самураев прическу?

Он понял, что молчит слишком долго, когда почувствовал на себе пристальные взгляды друзей.

— Там была девочка. Ее звали Хоши.

— Хоши? — переспросил Фухито, не пытаясь скрыть растерянности. Он свел на переносице брови, вспоминая. — Внучка Нобу Тайра?..

— Да, — Такеши ограничился коротким кивком, несмотря на то, что незаданный вопрос Фудзивара повис в воздухе. — Потом. Об этом — потом, — он надеялся, что у них еще будет время, чтобы поговорить.