Жена Хана

Эрдэнэ отвернулась к окну, глядя на снующих внизу грузчиков. Потом вдруг вскрикнула и прижалась лицом к стеклу. К самолету подъехала машина, дверца распахнулась и из нее вышла женщина в белом костюме, с аккуратно собранными на затылке золотистыми волосами, она бросилась к трапу, а Эрдэнэ обернулась к своим троюродным сестрам и ехидно процедила.

— Держитесь, стервы, я вырасту и позабочусь о том, чтоб вы в вашей Тьмутаракани сдохли с голода без крошки хлеба. Только на каше и воде. Обещаю!

А потом повернулась к женщине, которая быстрым шагом шла по узкому проходу салона самолета.

— Мамааа Вера! Мамочка моя! — и потянула к ней тонкие руки, а по смуглым щекам покатились слезы радости.

***

— Сева, загружай этих тварей в фургон. Агрессивные дряни.

— А с этой что делать, Костян?

— Эту сказали усыпить. Ее никто не купит она полуслепая.

Один из перегонщиков хищных питомцев с презрением посмотрел на клетку белой маленькой тигрицы. Та ходила в зад и вперед и скалилась, рычала, показывая небольшие, но острые клыки.

— Шикарная зараза. Но кто ее возьмет с таким изъяном? Жалко блин. Красавица такая. Может оставим, а Косой?

Второй мужчина с сожалением взглянул на клетку."

"— Никто. Даже не думай. Вколи ей снотворное и закопай во дворе. Она нам бесплатно досталась. Шкуру только снять не забудь, лапы с хвостом отрубить и передние клыки вырвать. Хоть на чем-то заработаем.

— Ты поехал?

— Угу. Отвезу этих мелких сученышей Радмиру на них поступил заказ. Давай, Сев. Долго не тяни с этой кошкой.

Сева провел взглядом друга и сел напротив клетки.

— Ну что? Знаешь, что тебя скоро не станет, м? Тебе пахнет смертью? Или нет? Обычно все скулят и боятся, а ты сидишь и скалишься.

Тигрица подошла к прутьям клетки и посмотрела на человека. Взгляд спокойный, осторожный. Он протянул руку и она вдруг клацнула челюстями в миллиметре от его пальца. Успел одернуть вовремя.

— Ах ты ж маленькая сучка.

Встал со стула, докурив сигарету и подошел к шкафчику с медикаментами.

— Знаешь, я ведь не сволочь. Мне всегда жалко животных. Я их люблю, честно. Но кто-то должен это делать, понимаешь? И платят неплохо. Так что ничего личного. Ты просто уснешь и не почувствуешь. Зато от тебя на память остается шкурка. Не всем выпадает такая честь.

Набрал жидкость в шприц. Тигрица заскулила и забилась в дальний край клетки.

— Ну-ну, девочка, будь умницей и иди к папочке. Давай. Черт.