Земля Сияющей Власти

В названиях городов слышалось что-то знакомое, как детские сказки, – Алушта, Гурзуф, Ялта…

– Это следует понимать как предложение провести остаток отпуска на берегах Черного моря, – усмехнулся Джейсон.

– Возможно и так, – согласился Хардман. – А возможно, придется помочь русским и украинцам разделить Черноморский флот.

– Силами моего батальона?

– Почему нет? – Он ткнул мундштуком в карты. – С моря подопрут турки, с юга зайдут суверенные кавказские государства, а с запада поможет Украина. И куда русским деваться из этой мышеловки?

– Это авантюра, сэр! Россия никого в Крым не пустит.

– Кто знает… А если есть договоренности? К тому же Крым – украинская территория. Не хотел бы ты послужить в вооруженных силах Украины?

– Мне это не нравится, сэр, – признался Джейсон. – Как только мы сунемся туда, начнется партизанская война, как в Боснии.

– Откровенно сказать, мне тоже, – вздохнул Хардман и ушел под спасительную струю воздуха с потолка. – Ты не знаешь, Джейсон, чем отличаются русские и украинцы?

– Мне трудно ответить, сэр.

– Но ты же по матери – славянин?

– Всего на четверть.

– Этого достаточно, чтобы разобраться в славянских проблемах, – заметил генерал. – Думаю, потому и выбор пал на тебя.

– Полагаете, сэр, в штабе помнят о моем происхождении? Если они не запомнили фамилии…

– Резонно.

– Должен признаться, сэр, мне хватило общения со славянами в Боснии, – проговорил Дениз. – Зря мы влезли на Балканы. А если еще встанем между русскими и украинцами, будет новый Вьетнам.

Генерал тихо рассмеялся и погрозил мундштуком трубки.

– Можно сказать, ты специалист по славянским проблемам! Ладно, подождем следующего приказа. Надеюсь, опять что-то напутали наши стратеги."

"Он ошибался редко, поскольку отлично знал нравы штабистов. В последний раз Джейсон видел генерала разъяренным перед началом «Бури в пустыне», когда на исходные рубежи согнали такое количество разномастных подразделений и специальных бригад, что хватило бы сил прошагать весь Ирак. Бестолковщина творилась невообразимая: морская пехота просидела в песках на скудном пайке, нещадно мерзла по ночам и сгорала от жары, не имея ни цели, ни конкретной задачи.