Земля Сияющей Власти

Поэтому мне важно знать, кому служить и во имя чего? Будущему России – это слишком неконкретно.

– Понимаю. – Теперь встал гость. – Греет всегда близкий огонь, далекий только светит. Нужна конкретная задача. Хорошо, слушайте. Вам надлежит быть на Балканах. В кратчайший срок и со всей командой. В Боснии существует «зона 0019» – так она означена на картах сил ООН. На вид это просто лесистая гора, господствующая высота, по которой проходит разделительная линия между сербами и хорватами. Около восьми квадратных километров практически пустого пространства.

Люди ушли с началом войны, но кое-кто остался. Эту зону следует взять под охрану. Ну? Вопросов прибавилось?

Капитолина смотрела на Арчеладзе так, словно хотела развести руками и сказать – ничего не поделаешь, так все и есть…"

"– Вопрос всего один, – проговорил он. – Мы думали о России. При чем здесь Балканы?

Сергей Антонович как-то незаметно стал жестким, и тон его голоса сравнялся по строгости и накалу со взглядом.

– Положение России сейчас определяется там.

Что станет с Балканами, то и будет со всем славянским миром. На древнем арийском языке Балканы – «Сияющая Власть». Об этой земле услышали древние иудеи, и рохданит Моисей назвал ее Землей обетованной. Он повел евреев искать ее и не нашел, остановился в Опаленном Стане. А оставалось – немного пройти по суше и переплыть Адриатику. Владеющий Балканами владеет волей и духом всего человечества. Думаю, вам ясно, отчего самые страшные войны начинались с покорения Земли Сияющей Власти?

И снова полковник испытал то же неясное чувство, как и тогда, когда он встретился с Майклом Пристом: в сознании на кратчайший миг вспыхнуло неуловимое озарение, вызванное каким-то словом, произнесенным только что.

Но каким?.. Этот молниеносный проблеск напоминал фотовспышку в ночное время, после которой обычно становится еще темнее.

– Ну? Ответил я на вопрос – кто мы? – Сергей Антонович сел.

– В какой-то степени да… Когда нужно быть на Балканах?

– Вот это уже голос воина. Я сказал, в кратчайший срок.

– Значит, сейчас, – определился Арчеладзе и взглянул на Капитолину. – Поедешь со мной.

Она посмотрела печально, стиснула губы и отрицательно качнула головой. И этот ее тихий, никому не видимый протест был ярче всяких слов и аргументов…

3

В ту злополучную ночь его разбудил сержант Макнил, которого офицеры батальона избрали «черным вестником» еще в песках Кувейта, и с той поры Джейсон совершенно несправедливо презирал его и опасался.