Кротовский, вы последний

Лицом, представляющим государя в новом акционерном обществе, вписан сам граф Орлов… Кто бы сомневался.

Заодно в министерстве забрал пакет документов на пожалованные мне земли. Пакет даже вскрывать не стал. Пока не до того."

"Купчина повез министерских чиновников на фабрику. Теперь предстоит кропотливая работа по множеству согласований, от которых в большой степени будет зависеть закупочная цена портативных мобилетов. Но это уже без меня. Впрочем, в купчине я не сомневаюсь, без выгодной цены фабрику не оставит.

А я подался в магуч забирать документы. У меня на руках уже есть от вояк направление в новое учебное заведение под названием Семуч (семигорское магическое училище). Времени это заняло немного. Только получил подписи в библиотеке и в свиточной об отсутствии задолженности. Кстати, даже вернув в свиточную не использованный портальный свиток, выяснилось, что ни черта я на этой стезе не заработал.

Я задержался только, чтобы попрощаться с Белкиной. Нашел ее в одном из крепостных коридоров прохаживающейся под ручку с молодым Пауковым. При Паукове мы не могли говорить свободно. Прощание вышло сухим, скомканным и дурацким. Ну… может так даже к лучшему. Ни к чему лишний раз тревожить Белкинское сердце. С глаз долой, из сердца вон.

Из магуча поехал на вокзал, покупать билет на поезд. Увы, портальный прыжок на такое расстояние близок к невозможному.

С поездом вышло удачно. Буквально сегодня вечером отходит пассажирский на южный Урал. Билет, правда, смог взять только на верхнюю полку, зато купейный.

С вокзала поехал к баронессе. Опять мне повезло, модная точила стоит перед парадным подъездом. Значит дома. Поднялся на этаж, позвонил. Она впустила меня без слов.

— Кротовский, ты опять меня выручил.

— Когда это я успел?

— Все умы Петербурга настолько заняты обсуждением твоей персоны, что про мой позор на суде почти не вспоминают.

— Вот и хорошо, что не вспоминают. Ева, мне придется срочно уезжать.

— Ну вот, я все утро ломала голову, как убедить тебя, что ты в опасности… ты сам все понял.

— Увы, ты меня переоценила. Если б не граф Орлов, я бы наверно уже катил на каторгу.