Запрет на тебя

– Да-а-ань…

– Просто попроси, чтобы я тебя трахнул, Марин… Просишь, м?.. Ф-у-у-х… Маринка моя…

– Боже, Даня… – рычу растерзанно. И тут же сдаюсь: – Трахни меня… Трахни меня, Дань!

Я не знаю, как он умудряется управлять этой металлической конструкцией, но сразу после моего выкрика она приходит в движение. Снова я замираю вверх ногами под потолком, а Шатохин соскакивает на пол. Благо, оказавшись внизу, он сразу же опускает и разворачивает мой круг. А потом и вовсе, к моему изумлению, отстегивает крепления. С бурным выдохом валюсь ему в руки.

Еще и эта чертова пробка… Ни на миг ведь не затихает. А киска сама по себе непрестанно пульсирует и горит огнем.

– Боже… Боже, Дань… Данечка…

Он без слов подхватывает под ягодицы. Я обвиваю его бедра ногами.

Едва чувствую у киски член, меня пробивает сильнейшая дрожь наслаждения, которую я первоначально даже принимаю за полноценную разрядку. Со стонами начинаю об него тереться.

– Замри, иначе упадем.

Только когда Даня это говорит, понимаю, что вновь прижал к проклятому кругу. И тот… Тот, черт побери, поднимается вверх. А я… Ни он, ни я в этот момент не пристегнуты.

– Блядь… – выходит из меня то ли вопль, то ли все же трескучий вздох. Потому что полноценно кричать я не решаюсь. Я боюсь даже дышать. – Как мы держимся? Как мы держимся? – тарабаню перепуганным шепотом, когда конструкция останавливается.

Высоко над полом. Под самым потолком, вашу мать!

– Боже, Даня… Как мы держимся?

– Я держу.

– Блядь…

– Просто не дергайся, Динь-Динь, – смеется Шатохин. Проявляя запоздалую наблюдательность, осознаю, что он стоит ступнями на основании круга и сжимает ладонями тонкие прутья в районе моих плеч. – Ты же хотела этот ебаный экстрим… А я хочу тебя… Пиздец, как хочу… Пиздец, Маринка… Обними меня и замри.

«Обними меня и замри…», – почему-то именно эта просьба просачивается глубоко в душу.

Заставляет максимально раскрыться, обвить любимого мужчину руками, крепче сжать ногами и застыть.

– Страшно? – выдыхает практически мне в губы.

– Очень… – пищу я и всхлипываю.

– Хочешь, я покажу тебе, где прячется твоя кобра?

– Смеешься, что ли? Вовсе не этого я хочу… – голос резко глохнет, когда замечаю, как одна из его рук отцепляется от прутьев и скользит мне за спину. – Черт… Черт…

Прикрывая веки, стараюсь забыть о том, на какой высоте мы находимся.

– Вот здесь она сворачивается, – жмет Даня пальцами чуть выше копчика.