Запрет на тебя

Это я на нее запредельно часто кошусь, а кобра вскидывает голову, лишь когда глушу двигатель.

– Уже приехали? – активизируется, словно ей ширку какую-то вкололи.

– Да. На месте, – изрекаю суховато.

Пока выбираюсь из машины, Маринка тоже выскакивает. Весело улыбаясь, вдруг хватает меня за руку. Не могу не ухмыльнуться в ответ, даже при учете того, как странно бомбит моя атрофированная сердечная мышца.

– Один коктейль, и идем на танцпол, – выдыхаю ей на ухо, едва проходим охрану.

Динь-Динь не возражает. Восторженно выкатывая глаза, медленно, будто завороженная, курсирует взглядом по залу.

Что за дичь?

Ну, блядь, наверное, мне немного приятно, что Маринка Чарушина выбрала меня для своего первого знакомства со злачными местами Одессы. Немного. Черт, интересно же за ней наблюдать. Вот и все.

Она… Она прикольная.

Да, прикольная. Что тут такого?

Я же не собираюсь ее трахать. Просто тусим вместе.

Заказываю самый слабый коктейль. При этом, пока Маринка вертится, еще и контролирую процесс приготовления. Когда халдей лед в бокал скидывает, показываю, чтобы побольше. А когда алко льет, незаметно жестом стопорю. На этапе сока, поднимая пальцы, удваиваю порцию. Бармен стреляный, понимает без слов. Хоть и удивляется, не комментирует. Молча ставит перед Маринкой бокал.

– Давай, всасывай осторожно. Не торопись, – курирую на автомате. И сам же своими словами давлюсь, стоит кобре обхватить губами соломинку.

Секунды на три.

– Неплохо, – мягко приговаривает Марина.

И я сливаюсь. Снова во все глаза на нее таращусь. А она ко всему еще берет и облизывает губы. Низ моего живота закипает, на хрен.

– А ты почему ничего не пьешь?

– Не хочу, – давлю тупую отмазку. – К тому же я за рулем.

И должен оставаться трезвым.

– Ка-а-амон, – протягивает кобра ехидно. – Я тебя потому и выбрала, что ты не скучный. А ты… Ведешь себя сейчас как Тёма! Фу, скукота!

– Твой яд на мое решение не повлияет.

И… Меньше часа спустя бухой разрываю танцпол. С Маринкой, конечно. Сначала, наблюдая за ее провокациями, я незаметно добираюсь до мысли, что оставаться рядом с ней трезвым – непосильная задача. Позволяю себе стопку. Одну, блядь, стопку водки. Но… Едва опрокидываю, ловлю Маринкин горячий выдох:

– Еще три, и я тебе кое-что важное расскажу.

Отстраняясь, добивает взглядом.

И меня, сука, закручивает.