Запрет на тебя

Больше точно ничего не будет. Мне противно. После других я им брезгую. Настолько, что от одной мысли, чтобы быть вместе, тошнота подкатывает.

Сердце бешено топит. Словно не одно оно у меня за грудиной, а десятки. Может, даже сотни. От их расстроенных мощнейших ударов меня всю колотит. Зверски трясет изнутри. Какие-то новые силы во мне порождает. Гнев воскресает первым. А за ним, конечно, боль и страх. То, с чем я эту неделю ем, сплю, молюсь… Последнее – очевидное отчаяние. Духовная в том потребность или интуитивное желание быть, как любимая всеми Лиза – трудно сказать.

Горю, глядя в глаза Шатохину… Неистово горю. Но чтобы разорвать зрительный контакт, приходится задействовать колоссальные резервные силы. И даже они по факту не справляются. Отвернуться приходится, лишь когда теряется физическая возможность – мы минуем его столик.

Смотрю на Никиту и, прежде чем занять предложенное место, прижимаюсь губами к его губам.

"– Ого, – глухо выдает тот, когда неожиданная ласка заканчивается. Сжимая ладонями мою талию, задерживает, не давая отстраниться. – Фишка, чаровница… Мм-м… – прикрывая веки, ведет носом по моей щеке. – Какая же ты чумовая, Чарушина… Хочу себе. Тебя, Мариш. Давай уже, сдавайся!

– Мм-м… Не так быстро, Никит, – упираюсь ладонями ему в грудь, но сильно не сопротивляюсь.

Желаю, чтобы Даня этим контактом вдоволь насладился. Смотрит же? Проверять не рискую, но очень на это надеюсь.

– С восьмого класса мне снишься, веришь? – признается Орос, обдавая меня частым дыханием, которое отчего-то на моей коже ощущается каким-то липким и неприятным. – Хочу тебя, Чарушина! – выталкивает максимально решительно, буквально требовательно. – Я себе цель давно поставил, что будешь моей. Будешь, Мариш! Я, блин, готов на тебе даже жениться, веришь?

Выпалив последнее, стискивает меня еще крепче и, слегка отстраняясь, смотрит в глаза.

– Прямо сейчас, что ли? – смеюсь, чтобы смягчить неловкость.

– Да хоть сию секунду, Чарушина!

– Черт… – хохочу громче. – А у тебя серьезный подход! Приятно, когда так! Таких предложений мне, определенно, еще не делали!

– Так соглашайся! – выкрикнув это, резко встает передо мной на одно колено.

Я знала, кого звала с собой. Рассчитывала на запал Ороса. По размаху в действиях мы с ним в чем-то похожи. Однако, черт возьми, аж прям такого не ожидала, конечно же.

Смеюсь, когда по задымленному залу расходятся крики.