Запрет на тебя

– Ты голодный? Хочешь, я что-нибудь приготовлю?

– Это типа специально для меня? – неудачно выстреливает из меня сразу, как зреет в голове.

– Ну да… – спрятав ленту в кармашек шорт, покачивается передо мной на пятках. – Для тебя, Дань.

И снова в моей груди что-то вспыхивает. Раскидывает по ребрам искры. Те взрываются и гаснут, а дальше расходятся по внешней стороне тела дрожью.

Никто никогда для меня не готовил.

Это дико.

И… Недопустимо.

– Нет, Марин. Не хочу.

Она пожимает плечами и, крутанувшись, отходит к письменному столу.

А я откидываюсь обратно на кровать. Поворачиваюсь на бок, взбиваю рукой подушку, зарываюсь в нее носом и вдыхаю. Говорю себя, что должен убраться отсюда. Прямо сейчас встать и убраться на хрен. Но продолжаю лежать и дышать ею, как наркоман героином.

Возня Марины за столом постепенно расплывается. Пару минут спустя картинка меркнет полностью. Слышу лишь то, как она напевает себе под нос и скребет ручкой по бумаге.

Проваливаюсь. Вакуум. Черный и затяжной.

Что самое странное, привычные звуки не приходят.

Пока сплю, Маринка что-то непрерывно мурлычет. А когда прекращает, я открываю глаза.

Она оборачивается, ловит мой взгляд и улыбается.

Снова возвращается к своим делам. Заводит какую-то мелодию, я засыпаю.

И так до самого вечера.

Вынырнув из ямы своего сна в последний раз, я обнаруживаю, что остался в комнате один. Где-то в коридоре хлопает дверь. Очевидно, Марина недавно вышла. А вместе с ней и пленивший меня морок.

Точно колдовство какое-то держала… Ведьма."

"Соскакиваю с кровати, натягиваю штаны и подхожу к ее столу.

На деревянной поверхности идеальный порядок. Ничего, кроме вазы с цветами, нет. Но черт меня дергает выдвинуть ящик. Один, второй… На третьем замираю.

Фотографии. Десятки моих фотографий.

А между ними салатово-голубой блокнот формата А4, в котором она сегодня весь день писала. Рандомно распахиваю и дышать прекращаю.

«29 января,

Сегодня Даня снова по просьбе брата забирал меня из школы. Мне удалось вовремя обуздать свой гонор и мы почти не ссорились.

А он вдруг сказал, что я у меня «чертовски красивые губы»! Я жутко смутилась! Даже не нашлась, что ответить. Полчаса прошло, как я дома, а меня до сих пор трясет. Невероятно! Вот бы он когда-нибудь додумался меня в эти губы поцеловать! Нет… О, нет-нет-нет! Тогда я точно умру! Или сойду с ума! Господи…»

Вдыхаю. Сглатываю. Перебираю страницы дальше – за раз с десяток перемахиваю.

«14 марта

Сегодня мы с Даней столкнулись в городе. Он был не один.