Запрещенные слова. Том первый

 — Всегда и во всем привыкла быть идеальной, кристальной и хорошей! Майя у нас лучшая, а если она вдруг в чем-то не идеальна — значит, это нужно срочно исправить. Знаешь что? Хочешь быть сладкой и заботливой — роди себе своих детей!

Она выходит первой, мама — следом, оставив мне на прощанье свой фирменный «задумайся-об-это» взгляд.

Папа обнимает и целует в макушку, неуклюже извиняется за сцену.

Он точно не виноват, но он хотя бы пытается сгладить.

Я остаюсь стоять одна — в пустой гостиной и с двумя тортами в руках.

Стою так несколько минут, просто чтобы восстановить дыхание, которое после их ухода вдруг становится слишком резким. Потому что начинает фонтанировать накопившаяся за день усталость. И обида — на семью, на долбаные общественные стереотипы, на Резника, потому что в эти дни он был как никогда нужен мне рядом, но даже не попытался.

Остатки ужина и бенто складываю в пакет для мусора и выношу сразу.

Возвращаюсь домой с морозного воздуха, завариваю чай и иду в комнату.

Делаю музыку чуть громче, пока рассматриваю висящий для завтрашнего вечера наряд — красивое платье цвета «пепел розы», под которое у меня готовы туфли на шпильке и подобраны аксессуары. Прикладываю его к себе, разглядывая в ростовом зеркале — без сомнения, с моей фигурой буду выглядеть просто сногсшибательно. Но туфли… Мысль о том, чтобы провести еще один день на каблуках, реально зудит в мозгу как бормашина.

Взгляд падает на темно-серый, в тонкую едва заметную полоску брючный костюм в модном сейчас стиле «оверсайз». Прекрасная мягкая ткань, отличный крой, свободны брюки и пиджак без четкого силуэта. Под него можно надеть простую белух хлопковую футболку, удобные лоферы или борги, или даже кроссовки (как говорил Шершень) и на всю катушку наслаждаться вечером. И у меня нет ни одного разумного аргумента, почему я не могу сделать вот так.

Я прячу платье обратно на вешалку, достаю костюм.

Выбираю к нему белую футболку.

Разглядываю обувь на полке и… беру пару синих «конверсов».

Не думаю, почему — ответ я знаю, просто не хочу, чтобы в моменте он звучал у меня в голове.