Заповедник

Они сидели рядышком на невысоком валуне, болтая босыми ногами в воде, и о чем-то увлеченно беседовали, причем Текс, по своей всегдашней привычке, весьма активно жестикулировал. Гитара сиротливо лежала на песке…

Посидев несколько минут, Док почувствовал, что сил чуть прибавилось, и стал потихоньку спускаться к ручью.

— А-а-а, Док!.. Нарисовался… проходи, присаживайся, — сказал обернувшийся Текс и отодвинулся, давая ему место.

— Ребята, что я сейчас видел! Расскажу, не поверите, — начал было Док, однако Кэп его перебил:

— Ладно, расскажешь потом, а сейчас — поговорим! Серьезно поговорим.

Док с Тексом уставились на него:

— О чем? Что ты надумал?

Кэп помолчал, бросая в воду мелкие камешки, и, наконец, спросил:

— Ребята, как вы думаете, где мы с вами находимся, а? Вот сейчас, в настоящую минуту?"

"— Как где? Ты что, сам не видишь? Ослеп?

— Нет, не ослеп, но… не вижу — бесстрастно отозвался Кэп.

— Ладно, — раздраженно бросил Текс, — давай выкладывай, что там у тебя? Какие такие высокомудрые мысли посетили твою светлую голову?

— Да, уж, посетили… и довольно неприятные… Вот что я вам, пацаны, скажу.

Док внимательно посмотрел на Кэпа:

— Обоснуй!

— Да легко! Помните, как в прошлые годы мы возле этого ручья загорали на камне и называли его Загоральным? Помните? Ну, и где он? Покажите мне его!

Мы стали оглядывать берег ручья. Действительно: того большого, плоского камня, на котором свободно укладывалось загорать пять тел, нигде не было.

— Вы ж понимаете, что его унести не могли ни вода, ни люди просто в силу его огромности. Согласны?

— Да… как же сразу-то не обратили внимания… верно. Раньше он вон там лежал, — и Техник махнул рукой вниз по течению.

— Правильно! А теперь айда наверх. Там вы увидите другую загадку… растительную на сей раз. — И все послушно направились за Кэпом вверх по тропе.

— Гляньте на тот камень, — и Кэп указал на большущий сиенитовый валун, из-за которого тропа и выходила на поляну.

— Ну а теперь вспомните, как мы на нее забирались?

Да… действительно! На плоскую вершину валуна, сторожевую башню, как мы его тогда звали, поднимались только по стволу растущей вплотную к нему сосны. Сосна была здоровенная, метра полтора в диаметре.