Записки провинциальных сыщиков

Он меня забрал, когда мне было 13 лет и уже восемь лет торгует мной, посылает на подлости. Уходила от него, нашел, искалечил, лежала в больнице. Отбилась от работы, ничего не умею делать, научилась стариков заманивать, чтобы их обкрадывать, – так и живу. Господина Хордамьянца завела к Якобсон, а когда Никифоров вошел со своим другом Васькой, кличка «Пила», фамилии не знаю, то испугалась и убежала. Я не знала, что они придут с револьвером и потребуют векселя. Конечно, Якобсон знает, что у нее в доме делают, ей хорошо платят.

Объявил ей, что будет отправлена в Ростов, где ее будут судить со всей компанией, и что Никифорова, надеюсь, арестуют, не уйдет. Оформив отправку арестованных в Ростов и составив протоколы допросов, возвратился домой. Пред отъездом получил телеграмму о задержании Никифорова на вокзале.

На следующий день по приезде я допросил Никифорова. По наружному виду – типичный бандит: злое скуластое лицо, холодные, дерзкие глаза, сжатые губы, мускулистый, большого роста.

– Вот что, Никифоров: векселя найдены и отобраны, наклейки на нулях оставили следы, Финкель и Закутин арестованы, задержана Соболева. Как ты добыл векселя, рассказал Хордамьянц, если хочешь, покажи правду, может, получишь снисхождения."

"– Что же, старика я захватил с Соболевой, он испугался и откупился, про наклейки не знаю, не угрожал ему, я требовал пятьдесят тысяч рублей, он дал векселей на тридцать.