Западня. От него не сбежать…

– Привет, – взмахиваю рукой и наконец понимаю, что Мельников отстранился, – шикарно выглядишь, –пробегаю взглядом по ее светлому, невообразимо нежному платью.

– Спасибо, ты тоже. Роковая женщина, – Геля смеется и поддевает мужа локтем, он приходится ему в бок. – Ты чего такой хмурый? У Витеньки опять проблемы с желудком, – поясняет, чем вызывает у меня улыбку, которую я, конечно, сдерживаю.

Ангелина – дочь Витиного партнера. Она была и есть – выгодная для него партия. И нет, это не делает ее плохой. Отнюдь, в отличие от меня, она добра, мила, да и вообще напоминает розовое облачко.

Воздушное и безобидное облачко. И ее отношение – эта златовласая девушка всегда ко мне хорошо относилась, а я… Смотрю на нее сейчас и не понимаю, как могла ненавидеть? К сожалению, свою ненависть я испытывала отнюдь не к тому человеку. Ее даже жаль, она не знает о всех его похождениях, не только обо мне… Ведь этих интрижек было куда больше."

"– Как тебе вечер? Ужасно пафосно, скажи? – Ангелина морщит нос, а внутри меня все снова превращается в лед.

Я вижу его еще совсем мельком, далеко, но уже чувствую. Между нами несколько метров, а волоски на моих руках встали дыбом.

Вытягиваюсь, как гитарная струна сразу после настройки. Крепче сжимаю небольшой клатч и улыбаюсь Геле. Она продолжает что-то мне рассказывать, задает вопросы, а потом сама же на них и отвечает.

– Ой, там Клим, что ли? – ее голос вновь врывается в мое сознание.

– Он, – киваю, и в эту самую секунду Вяземский поднимает свой суровый взгляд. Сталкивается со мной глазами.

Отвечает кому-то из собравшихся рядом с ним людей и направляется к нам.

Он идет к нам, а у меня земля уходит из-под ног.

Глава 9

С появлением Вяземского становится жутко. Он словно занимает собой все окружающее меня пространство, заполняет его своей аурой, и если честно, то теперь она мне абсолютно не нравится. Я отвожу взгляд, а в голове всплывает наш с ним диалог.

Это было за день до первого сентября. Я как раз поступила в универ, в котором он учился. До моего восемнадцатилетия оставалась пара месяцев.

– Клим, я знаю, у тебя там какие-то проблемы, ну, с той девушкой, что тебе нравится…

На этих словах его брови ползут вверх, а я продолжаю, не придавая значения этой реакции:

– Да, я в курсе, Рябина ляпнул, что у тебя любовь. И судя по твоей хмурой физиономии, безответная. Так вот, знай, она полная дура, что игнорит, ты же такой хороший.

– Точно дура, здесь ты права, – он закатывает глаза и вскакивает с кровати, на которой мы валяемся.