Запечатанный во тьме. Том 1. Тысячи лет кача

Даже его дружки потеряли дар речи от подобной выходки Арнея. И лишь спустя несколько секунд, которые длились для всех присутствующих словно вечность, Гарт буквально взвыл…

— Ты-ы-ы-ы… Ты посмел⁈ Как… сука! — зарычал он, вытирая кровь рукавом. — Держите его крепче, идиоты драные!

Сын кузнеца был в бешенстве. Его глаза налились кровью.

Деревенские задиры снова схватили Арнея, но на этот раз они вцепились в него намертво, лишь бы снова не оплошать.

Сын кузнеца бил Арнея снова и снова, не обращая внимания на его попытки защититься.

— Ты думаешь, ты что-то значишь? Ты никто! Ничейный! Ты даже не заслуживаешь дышать! Плешивый бездарь! Думаешь, умением махать палкой ты заменишь врождённый талант? Сдохни! Сдохни, тварь! Сдо-о-хни!

Арней чувствовал, как силы покидают его. Его тело ныло от боли, а в глазах стояли слёзы, которые он отчаянно пытался сдержать. Но даже в этот момент где-то глубоко внутри он знал, что не сдастся. Он не позволит им сломать себя.

* * *Арней шагнул через порог дома, еле волоча ноги.

В комнате, у печи, стоял дед Корней. Как всегда недовольный. Он обернулся, увидел Арнея, и его лицо исказилось гримасой раздражения. Он сплюнул на пол, и только потом понял, что зря это сделал. Ведь находился у себя в доме, а не на улице.

Корней сцепил руки за спиной и уставился на парня.

— Ну и что это за вид? — начал он. Голос его был резким, как удар кнута. — Кто тебе эти вещи восстановит? Неблагодарный! Опять приключений на свою тощую задницу раздобыл? Кто это тебя так уделал? — С каждым словом его взгляд становился более хмурым и недовольным.

Арней опустил глаза, стиснув зубы. Его руки дрожали, но он старался держаться.

— Гарт, — проговорил парень едва слышно.

— Га-а-рт⁈ — неожиданно громко прокричал дед. — Твою ж за ногу! Идиот! Сколько раз я тебе говорил: если сын кузнеца захочет побить тебя, просто подставь свою тупую башку и молись, чтобы он бил не сильно! Кто ты, а кто он⁈ Понимаешь⁈

— Понимаю, — сквозь зубы выдавил Арней, но его голос дрожал от обиды и злости.

— Да ни хера ты не понимаешь! — Рявкнул дед, шагнув вперёд. — Его отец — единственный кузнец, наделённый даром, в нашей деревне! Значимое лицо! Ты хоть раз думал об этом своей головой или она у тебя только для того, чтобы в неё били?

— Я понимаю! — повторил Арней.