Заградотряд времени

Будем к передовой подходить — тишина нужна. Звякнут неосторожно — маму позвать не успеете. Вам оно надо?

Скрепя сердце майор велел своим попрыгать. Твою мать! Каждый звякал железом.

— Все лишнее, за исключением оружия, бросить, автоматы — за спину, магазины — в сапоги, — скомандовал я.

Послушались. Потом попрыгали снова. Порядок!

— Так, теперь за мной — ползком, цепочкой. И — никаких разговоров! Делать то, что делает боец перед вами."

"Я опустился на землю и пополз. За мной — Салов и Кукин с немцем. Ему заткнули рот, чтобы не позвал, на помощь.

Мы благополучно миновали вторую линию траншеи. Впереди показалась передовая — самый сложный этап. Ракетчики ракетами освещают местность, пулеметчики не дремлют. Группа большая, засекут ее, если не будут соблюдать осторожность. А вот с этим как раз проблема. Опыта у бойцов мало. Злости на немцев за глаза — повоевали уже. Но тихо ползти, неподвижно замирая при каждой взлетающей осветительной ракете — вот этого опыта у них не было.

Как быть? Уж очень хотелось и немца живым притащить, и «окруженцам» помочь до своих добраться.

Я отполз назад к майору и почти приник к его уху:

— Впереди — линия соприкосновения войск. Всем не пройти. Давай так поступим, майор. Мы с немцем и группой разведки уходим. Доберемся до своих, устроим стрельбу, немцев отвлечем. А ты со своими, как трам-та-рарам начнется, захвати вон тот дзот с тыла. Видишь его?

Майор приподнял голову, обвел глазами пространство перед собой:

— Вижу.

— Он для вас сейчас опаснее всего.

Майор задумался на секунду:

— Я тоже.

— Договорились.

Мы подползли к траншее. Салов заглянул в нее и махнул рукой. В мгновение ока мы перемахнули через траншею. Пленный офицер не сопротивлялся, сам видел — передовая. Начнется стрельба — ему тоже не поздоровится. Мы поползли. Сами работали локтями и немца тащили.

Раздался хлопок ракетницы. Нейтралку залило мертвенно-белым светом.

Наконец впереди раздалось:

— Стой, кто идет? Пароль!

— Свои, разведка.

Я назвал пароль. Мы спрыгнули в траншею и стащили туда же немца.

— О, пленного взяли? Молодцы!

Командир роты стоял рядом. Как мог четче, я доложил ему об «окруженцах». Он понял меня сразу:

— Подождите, я сейчас.

Командир ушел и вскоре вернулся.