Заградотряд времени

Индивидуальным пакетом поверх гимнастерки перевязали Кравцова. По траншее к нам спешили командир роты и два бойца.

— Ну что разведка, взяли немца?

— Взяли, взяли — вон сопит! Дай людей — командира в медсанбат отнести. Ранен он.

Салов повел пленного, а я с Кукиным и двумя бойцами на плащ-палатке несли раненого Кравцова.

Когда вышли к штабу, я увидел на поясе пленного пустые ножны от штыка. Так вот кто командира ранил там, в траншее… Потому и вскрикнул он. А я-то думал, это Кравцов немца помял.

Мы сдали пленного и — сразу в санбат, а там уж сестрички, дежурившие ночью, подключились, подготовили Кравцова и — на операционный стол.

— Крови много потерял, хотя ранение не смертельное, — покачал головою военврач.

Мы уже выходили из санбата, когда дверь распахнулась, в приемную комнату вбежала встревоженная девушка, на ходу застегивая пуговицы гимнастерки.

— Кто? — выдохнула она, бросив взгляд на одежду, лежавшую на полу, окровавленную гимнастерку с кубарями. — Илья?

Я мрачно кивнул.

— Что ж вы так…

У девушки перехватило дыхание, на ее глазах навернулись слезы.

Не в силах видеть ее отчаяние, я вышел на улицу.

Мы понуро пошли во взвод, умылись наспех и — спать. Дело-то шло уже к утру, часа через два — рассветет.

На следующий день меня вызвали в штаб, где я узнал, что сведений от пленного получили мало. Их полк перебросили на Восточный фронт всего-то два дня назад. Составил — за командира — рапорт о ночной вылазке. Меня, как старшего по званию из оставшихся во взводе, назначили его командиром.

А через день меня снова вызвали в штаб.

— Вот что, Колесников. Я понимаю — местность не успели изучить, трудно ориентироваться. Но нужен «язык» — лучше офицер. Если карта при нем будет — совсем хорошо. Приказ ясен?

— Так точно.

— Исполнять.