Загадочный любовник

А как насчет того, чтобы научиться не принимать все близко к сердцу? Они причинят тебе боль, Кэролин. Это заметно даже такому чужаку, как я.

— Так ты признаешься, что ты чужак?

— Меня здесь не было восемнадцать лет. Я не знаю всего, что происходит в доме. Но одно я могу сказать совершенно точно. Ты совсем не изменилась.

— Неужели? — спросила она, оставаясь посредине ледяного озера."

"Он шел к ней. Покрытые снегом кроссовки слегка скользили по гладкому льду. Казалось, он получал от этого удовольствие.

— Ты все та же малышка, прижавшаяся носом к витрине магазина, — сказал он.

Он подошел слишком близко, но Кэролин не собиралась отступать назад.

— И чего же я не могу получить?

— Настоящую семью.

Она резко вздохнула.

— А что, умение причинять людям боль — обязательное для мошенника? Или это дополнительный дар? Боюсь, тебя ввели в заблуждение — у меня есть настоящая семья.

— Кэролин, я не собираюсь причинять тебе боль, — сказал он. — Я никогда этого не хотел. Может, ты боишься посмотреть правде в глаза? Раньше ты была смелой.

— Должна сказать, что твоя осведомленность носит довольно поверхностный характер.

— Ты ранишь меня в самое сердце, — возразил он.

— Я бы продала душу дьяволу, — задумчиво сказала Кэролин. — Только чтобы лед под тобой треснул.

Его улыбка была ослепительной, как только что выпавший снег. И такой же холодной.

— Боюсь, это не самый лучший способ убийства.

— Возможно, это того стоит.

— Ты хочешь, чтобы я умер? — в его вопросе звучал неподдельный интерес.

— Я хочу, чтобы ты убрался отсюда.

— И ты берешься это устроить, только чтобы добиться желаемого? — тяжело вздохнул он. — Не льсти себе. Это не повод для убийства.

Кэролин внезапно стало душно, и ей захотелось отойти от него как можно дальше. Но он загородил ей дорогу.

— Может, мне удастся убедить тебя в том, что я именно тот, за кого себя выдаю.

— Может, и коровы научатся летать, только это будет нескоро. Я могу идти?

— А разве я тебя задерживаю?

Он стоял очень близко, скрестив руки на груди и не пытаясь дотронуться до Кэролин.

Была холодная ночь, и девушка старалась не дрожать под пуховой курткой. А он стоял, легко одетый, и, казалось, ему все ни по чем.

— Тебе холодно? — вдруг спросила она.

— Не волнуйся, Кэролин.