Забудь обо мне

"

"Я мотаю головой, когда Бармаглот перестает трахать меня пальцами, но через мгновение снова всхлипываю от острой вспышки удовольствие, потому что он надавливает на клитор, трет по нему мягко и одновременно сильно. Ритмом выкручивая мое удовольствие на какую-то новую высоту.

Сильнее и сильнее, пока мне не начинает казаться, что я вся теку ему в ладонь.

Собственный пошлый стон отражается от кафельных стен, возвращается и ударяется в барабанные перепонки, заглушает грохот музыки.

Пульсации прошивают живот насквозь.

Марк нажимает на клитор и до упора, до самой ладони, вгоняет в меня оба пальцы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Судорожно, ловя первые искры оргазма, сжимаю его руку бедрами.

Осознаю, что смотрю ему в глаза, когда сама насаживаюсь навстречу.

Пытаюсь закусить губы, чтобы не кричать, но все-таки кричу.

Кончаю, поднимая бедра навстречу его руке.

Пульсирую вокруг его пальцев.

Так жестко и ярко, как, кажется, никогда в жизни.

Мне нужно время, чтобы восстановить дыхание.

Но близость Бармаглота неприятно подавляет, как будто он, пользуясь моей слабостью, вторгается в меня, но теперь уже куда-то под кожу, просачивается вместе со своим проклятущим запахом дымной лаванды через ноздри прямо мне в кровь.

Отпихиваю его, спрыгиваю на пол, мысленно уговариваю не шататься, потому что колени предательски дрожат. Ничего удивительного — последний оргазм с мужчиной у меня был… давно. А тем более с мужчиной, с которого можно сцеживать тестостерон и продавать за сумасшедшие деньги одиноким женщинам.

Поворачиваюсь к зеркалу: поправляю платье, привожу в порядок волосы. Отматываю бумажное полотенце и кое-как подтираю самые ужасные потеки косметики. Миллер стоит сзади и рассматривает меня с видом голодного хищника, который не прочь еще раз загрызть газель.

— Ничего не хочешь мне сказать, Заяц? — Он первым нарушает молчание.

— А должна? — Пожимаю плечами, выбрасываю скомканный кусок бумаги в мусорное ведро и поворачиваюсь к нему, уже полностью контролируя каждое свое слово, каждую мысль и каждое движение.

— Может, хватить уже играть? — снова рыкает Бармаглот.

— Я не играю, Марк Игоревич. Просто не думайте, что подаренный девушке оргазм — это что-то очень уникальное, доступное исключительно вам и стоящее целого жертвоприношения. Это… просто физиология. В ваши годы и с вашим опытом пора понимать такие элементарные вещи.