Забудь обо мне

Некоторым вещам лучше остаться в прошлом.

Она выдыхает с облегчением и я, чтобы не выцарапать эти ее счастливые глаза, спиной спускаюсь с лестницы.

— Береги его, хорошо? — Шмыгаю носом. — Кажется, у тебя с ним склеивается лучше, чем когда-то у меня.

Домой.

Под одеяло.

Заснуть, чтобы проснуться в новой жизни.



Глава восемьдесят четвертая: Сумасшедшая

Мне нравится вид в зеркале.

Вроде я, а вроде и нет.

Никогда не любила белый, у меня в гардеробе и вещей-то таких нет, чтобы белее вот этого как снег шелка.

Даже страшно руками трогать, так и стою перед зеркалом с руками в сторону, изображаю куколку со сломанными шарнирами.

Сидит как влитое. Сразу видно, что расстарались на славу — подогнали по фигуре, все лишнее убрали так, как будто только из мастерской. Даже если очень стараться — не высмотреть ни одного шва. И даже тонкий узор вышивки нигде не «поплыл».

— На мой взгляд, сидит просто идеально, — говорит сзади пожилая женщина в дорогом костюме.

Хозяйка салона.

Сначала мы с Миллером пришли сюда выбирать воздушное платье для «после церемонии и танцев».

Все это было великолепно. В духе «Круче, чем едущая на Тот самый важный бал Золушка».

Из самых лучших тканей, с натуральным жемчугом и «Сваровски» и нитями из настоящего серебра.

Богато.

Только для избранных, только под специальный заказ.

И очень дорого, само собой.

Бармаглот только кивнул — мол, выбирай, что хочешь.

Я выбрала Платье мечты.

И вот, стою в нем и боюсь дышать.

А сил хватает только чтобы еще немного поднять руки и кончиками указательных пальцев растянуть губы в клоунскую улыбку.

— Что-то не так? — взволнованно спрашивает хозяйка салона.

— Обычный невестошный мандраж, — говорю, глядя на нее в зеркальном отражении. — С платьем определенно все просто… волшебно. Мой будущий муж влюбится в меня еще больше.

— Разве это возможно? — Она подмигивает, явно намекая на ценник за всю эту красоту.

А еще туфли с серебряной отделкой.

И болеро из белой норки очень тонкой выделки, с пряжкой из белого золота.

Май в этом году холодный — просто жуть.

Я все-таки справляюсь с оцепенением, еще раз смотрюсь в зеркало и, мысленно отдав себе команду «В бой!», выхожу из примерочной комнаты.

Нужно же, в конце концов, показаться маме.

Она сидит на диванчике и даже не пытается сделать вид, что ей здесь комфортно и хорошо.