Всё самое плохое о моей сестре

 — У нее правда все в порядке? — спросил он медицинскую сестру.

— Насколько мы можем сказать, все прекрасно, — сказала сестра. — Но на всякий случай мы положим ее на ночь в детскую палату, так что сможем за ней присматривать.

— А я могу с ней остаться? — спросила мама.

— Да, конечно можете, — ответила медсестра. — И кивнула мне: — А вы, Королева Пижама, можете повидаться с сестрой в часы для посетителей.

Мама охнула:

— О боже, Мартина, ты все еще в пижаме!

Она велела нам с папой уходить, но сказала это ласково.

Мелисса ничего не говорила, но улыбнулась мне. Я хотела крепко ее обнять, но она все еще выглядела напуганной — ведь она оказалась в больнице и была покалечена, как бедняжка Бэйба.

Папа повел меня назад на стоянку, он нервничал и старался как-то загородить меня, когда люди таращились на девочку в пижаме.

Когда мы вернулись домой, он хлопнул себя ладонью по лбу:

— Слушай, я только что вспомнил — ко мне должна прийти клиентка, чтобы обсудить свой круиз. Думаю, лучше все-таки принять ее.

Я еле-еле взобралась наверх. Мне невыносимо было видеть лестницу, которая будто пьяная валялась в стороне, поэтому я подняла ее и кое-как прицепила крючок на место.

Мне было так плохо в ужасно пустой комнате, что я схватила Уилму и нырнула под кровать в темноту, прямо к стене. Что-то скользнуло по мне, что-то укололо кончики пальцев ног, что-то в меня уткнулось. Я судорожно вздохнула, решив, что сошла с ума.

Глава 12

Я вытащила всех своих зверей, уложила их на своей кровати и накрыла Уилмой. Потом занялась поисками частей Бэйбы. А после этого пошла в мамину швейную комнату, где прямо задрожала при виде этих фантастических платьев и костюмов в пластиковых мешках, развешанных на перекладинах, и нашла иголку и нитки.

Я не так хорошо шью, как Мелисса. Единственное, что я сшила, — это края черной бархатной подушки-медведя. Я сидела на нем, а он рычал, подбадривая меня. Сначала я делала ужасно большие стежки.