Все мы грешные

Она согревает своим внутренним теплом, пробуждает светлые чувства. Его даже на лирику потянуло.

С ней можно улыбаться, болтать о всякой ерунде, казаться таким, как все, кого он называет слабаками. И не чувствовать при этом никакого внутреннего дискомфорта. Словно крылья распахнулись за спиной. Странное ощущение... А ведь он знает ее всего-то несколько часов.

Тяга к деньгам не делала Антона жадным. Он с легкостью расставался с червонцами, добытыми с таким риском. Они дарили ему власть, радость жизни, все, к чему он стремился.

* * *"

"Настя с интересом разглядывала посетителей ресторана. Прилично одетые мужчины с барской вальяжностью восседают за соседними столиками, кушают, выпивают, ведут неторопливые беседы. Словом, отдыхают люди. Здесь спокойно и уютно.

Но не знала она, кто они, эти люди, и какими иной раз бывают опасными.

Однако понимала, что бояться ей нечего. Она с Антоном, а он на короткой ноге кое с кем из собравшихся здесь авторитетов уголовного мира.

Понт, Клык и Сом – так называл он своих друзей. Все они, как видно, побывали за «колючкой», все не робкого десятка. Могут постоять за себя.

Поначалу Настя держалась скованно. Но потом, хлебнув вина, поддалась общему разгульному настроению. Все ей здесь стало нравиться, даже друзья Антона.

Только она никак не могла привыкнуть к их манере изъясняться. Сам Антон из уважения к ней старался не прибегать к блатному жаргону.

– Нравится? – спросил ее Антон, с довольной улыбкой обводя взглядом зал, залитый голубоватым светом.

– Еще как! – восторженно ответила Настя.

Со сцены лилась дивная музыка, для нее, по его заказу.

– Красивая жизнь! Но так просто ее не ухватишь. – Антон достал сигарету, закурил. – Я же ее ухватил и буду держать за хвост.

Его слова завораживали, будто в сказке. Как же с ним хорошо! А вдруг она влюбилась?..

Ресторан она покидала навеселе. Спиртное кружило ей голову, путало мысли. Сейчас она готова на любое безрассудство. Или это ей только кажется?

– Уже поздно. Почти двенадцать. Едем обратно.

Зато Антон был серьезен.

В свои шестнадцать лет Настя знала, зачем нужны мужчинам женщины.