Все двадцать семь часов!

Не хочешь объяснить, что происходит?

— А почему тебя это так волнует?

— Я жду ответа, Таисия.

Чуть отстранившись, я посмотрела на шефа:

— Макс, ты что, хочешь сделать меня своей любовницей? Раньше ты говорил, что это неразумно.

— С чего ты взяла, что я хочу сделать тебя любовницей? — промурлыкал Макс.

— Потому что ты не для матери устроил наш договор: ты ухлестываешь за мной.

— А вот в этом ты права.

— И что же это значит?

— Это значит, что ты занимаешься магией.

— Нет, Макс. Это значит, что я колдую.

Как тебе такой ответ? Он тебя не пугает?

На это шеф сделал невероятную вещь: он усмехнулся и поцеловал меня.

Несмотря на то что я целовалась и раньше, в этот раз все мысли вылетели у меня из головы. Губы Макса были нежными, и сначала лишь слегка прижались к моим, как бы пробуя, спрашивая.

Решив, что гори все доводы синим пламенем, я обхватила Лагфорта за шею и ответила на поцелуй. Едва ощутив ответное прикосновение губ, Макс уже напористо впился губами в мои — и поцелуй стал страстным.

Я целовала его, полностью отдавшись водовороту ощущений, чувствуя его руки на спине и талии, то, как он сильно прижимал меня к себе, как его губы ласкали мои. Когда мы разомкнули объятия, от нехватки воздуха у меня болели легкие.

И если после этого разумно было с ним поговорить, то я наплевала на все доводы разума.

Чуть оттеснив меня вбок под лиану, которая скрыла нас от чужих глаз, Макс снова меня поцеловал. На этот раз поцелуй был спокойнее первого: он ласкал и в то же время исследовал.

Руки Макса, лаская, гладили мое затянутое в бархат тело, словно изучая его. Я же, так же нежно целуя любимого, гладила его плечи, запускала пальцы в волосы. Тело на такие ласки отреагировало соответственно: низ живота сдавило, кожа стала чуть побаливать.

В этот момент мне казалось, что если я его отпущу, то умру.

ГЛАВА 30

С Максом на террасе мы провели довольно много времени, и когда наши объятия были готовы выйти за рамки всяких приличий, шеф сумел-таки остановиться.

После того как мы привели одежду в относительный порядок, я поправила прическу, придав ей более-менее приличный вид, и мы вышли к гостям.

Раньше, когда все о нашей любовной связи только подозревали, распуская различные слухи, мне было все равно. А сейчас косые взгляды смущали меня. Если растрепанные волосы можно было объяснить тем, что они зацепились в саду за ветки, то припухшие губы уже нет. Не с деревом же я целовалась.