Время действовать

Под моими стояло: «Газетное фотоагентство».

Карл Юнас Бертцер не затрагивался, Юлле Боммер не упоминался. Янне Нуккер цитировался как хорошо информированный источник в «Сентинел», а о тех двух полицейских, что первыми прибыли в Бьоркбакка, не говорилось ни слова.

Вечерние газеты я швырнул на пол. Они усердно обыгрывали тему охранников в броневике. Их оглушило при взрыве. Теперь они ухмылялись с первых страниц.

Зачем люди только покупают газеты? Ведь все равно ничего понять нельзя, когда их читаешь.

Позвонила Кристина Боммер, попросила извинения.

Потом я позвонил Зверю. Он должен был завезти мне дискету по дороге в Тронгсунд.

Я сидел в своем маленьком «пежо» на Риддар-хольмен — чтобы не мерзнуть на ветру. По утрам уже было холодно. Осень все приближалась.

Договор на аренду машины истекал через три недели. Через три недели я должен был также покинуть и Старый город. Деньги через три недели кончатся. Уж такова жизнь для временно исполняющего. И будущее у него интересное — то одно, то другое подсовывает.

Любопытно, сколько Газетное фотоагентство заработало на моих снимках грабежа. Ведь их наверняка продавали по всей Европе. Мне же не полагалось ни одного лишнего эре. Я не мог бы даже узнать, сколько я загреб для Газетного фотоагентства.

Я ждал три утра подряд — и она приехала.

Большой серебристо-серый «БМВ» перевалил через горку у церкви на Риддархольмен и подлетел к набережной. Я вылез из «пежо» и побрел к ней, держа в руке дискету.

Она была одета в черное и белое, всё из натурального шелка. Пиджак и юбка. Рубашка с большим шарфом под воротом. Она уставилась на меня, когда я открыл дверь машины. Рот исказился в суровой гримасе.

— Это ты его убил, — сказала она с ожесточением.

Я уселся в машину рядом с ней и протянул дискету.

— Ты убил моего брата, — сказала она так же резко.

— Тарн тоже так считает.

— Кто такой Тарн?

— Был у меня такой хороший друг.

Ее глаза потемнели от гнева.

— Это ты так устроил, что у него не было выбора. Ты сделал так, что он был вынужден покончить с собой. Ты не оставил ему никаких шансов.

Я поднял дискету.

— Нет, его убил не я.

Она взяла дискету и бросила на пол.

— Ничего эта штука не стоит.

— Ты это уже говорила.