Время действовать

— Расскажи о своей сестре, — сказал я.

Густав Далль набрал воздуха и с силой выдохнул, как делают при хорошем опьянении.

— Она моя младшая сестренка, — вежливо ответил он. — Наши родители погибли при аварии автомобиля за границей. Мне тогда было двадцать лет, а ей шесть.

Я поднял рюмку с ликером, приглашая выпить. Но он меня не видел, он говорил как будто сам с собой:

— С тех пор я о ней забочусь.

Он неуклюже поднялся, шатнулся и оперся руками о стол.

— Ее дружки, ее машины, ее лошади, ее... я обо всем этом заботился.

— Я хочу с ней встретиться, — сказал я.

— Она живет в Лондоне. Эрикссон даст тебе адрес. Я вынужден просить тебя... удалиться. Я хочу... пойти отдохнуть. — И он с трудом, пошатываясь, поклонился.

Еще не было и половины десятого, а его должны были уже уложить в постель."

"— А Эрикссон с этим один справится? — спросил я.

Старый дворецкий глянул на меня с жгучей ненавистью.

Перед дверцей лифта я вспомнил кое-что, остановился и посмотрел вверх. Сквозь крышу было видно ночное небо.

Зверь сидел за баранкой. Когда я пришел, он не сказал ничего.

Фургон прямо-таки десяток годков скинул от того, что ему дали постоять в Юрсхольме. Он завелся уже с шестой попытки. Мы поехали, подпрыгивая и стреляя из выхлопной трубы вдоль длинного ряда вилл.

Я погладил себя по животу.

— Сегодня я разом съел ланч и обед, — сказал я. — Вот как бывает, когда общаешься с крупным капиталом.

Зверь улыбнулся и ударил кулаком по своей втянутой диафрагме.

— Да уж, они такие, эти капиталисты, — подтвердил он. — Едят слишком много.

Стура-Нюгатан была почти пуста. Несколько юнцов с криками раскачивали запаркованные машины, чтобы привести в действие сигнал тревоги. Стоявшая перед «Ерусалемс кебаб» группа арабов с удивлением наблюдала за ними.

Я ждал в подворотне почтовой конторы в переулке Госгрэнд, пока Зверь делал круги вокруг моего квартала. Я видел, как он остановился и заговорил с Ибрагимом из кебабной.

— Ninguna vigilancia, — доложил он. — Ни один легавый за весь день.

Он нес моряцкий мешок на спине. Мы вошли в квартиру.

Там было тихо, душно и тепло. Когда мы зажгли свет в кухне, девушка в окне напротив помахала нам и улыбнулась.

— Спокойная улица, — сказал я.

Зверь включил кофейный автомат. Я постелил ему на диване. Мы долго сидели, молчали и читали газеты.