Врачеватель. Другой мир

— Оставаться в Балашихе не планировал, — ответил Вертлугину и широко зевнув, уточнил: — В пути будем где-то четыре часа, верно?

— Это если на какой-нибудь станции не задержимся, — кивнул зельевар, подумал и добавил: — К вечеру всяко доберемся.

— Тогда подремлю, — прикрыл я глаза.

Мой спутник желал меня о многом расспросить, поговорить толком не успели. А вопросов у него до черта. И один из главных: «Как так получилось, что никто из целителей Петру не помог? Что это за руны я нанес?» Дело в том, что некоторые символы Валерий Семенович точно не знал.

Медитирую, применяю методику слияния с окружающей магической энергией. Ее не так много, и она нестабильна, превалируют разные стихии. В какой-то момент пускаю в свой источник универсальную силу, в которой есть и темная магия. Удивительно, но ощущаю пополнение запаса в источнике, не так быстро, как хотелось, но и на такой результат не рассчитывал. Неожиданно происходит скрип колесных пар, следом следует мощное магическое возмущение, уши закладывает, во рту появляется солоноватый привкус.

— Что происходит? — открыв глаза и озираясь, спрашиваю у стонущего зельевара.

Куском смятого металла Валерию Семеновичу придавило ногу. На лбу у отца Марии глубокий порез. В разбитое окно несет гарью, слышны крики людей, стоны и вопли.

— Авария, — морщась от боли, произнес Вертлугин.

— Обязательно, — хмыкнул я и схватился за край выгнутого металлического листа."

"Металл толстый, а мышцы у меня слабенькие, пришлось потратить магию, с трудом накопленную. Правда, дозировал ее осторожно, понимая, что еще одно полное опустошение способно привести к выгоранию. Случись такое и кроме как на фабрику или на завод в подмастерье податься будет некуда.