Восточное наследство

Ерожин, опасаясь перегруза, напрягать голову не стал. И так неплохо. Потихоньку он все вспомнит. Время есть, из реанимации домой не выписывают…

В палату заглянула сестра, называвшая Ерожина сынком. Женщина повозилась со сложной системой, позволявшей больному, не вставая, выводить из организма лишнее. Ерожин покраснел. Сильного мужика, привыкшего к спортивной податливости мышц, беспомощность злила и смущала.

— Не стесняйся, сынок. Наше дело такое…

Работа. И ничего стыдного у больного человека нет, — сказала сестра, меняя утку.

 — Ерожин промолчал. Что тут скажешь? — У нас сейчас пересменок. Сима заступит. Она девушка молодая, красивая, да и ручки у нее легкие.

В ее смену больные никогда не отходили, — добавила сестра перед тем, как покинуть палату.

— Что значит, «не отходили»? — спросил Ерожин. Но сестра вопроса не услышала. Голос Ерожина звучал, как шепот.

Ерожин закрыл глаза, перед ним снова возникла девушка-блондинка на свадебном вечере. Этот образ приносил тепло и облегчение.

Хотелось задержать его подольше.

Думая о случайной встрече, Ерожину даже в голову не приходило завалить блондиночку в койку."

"Мечталось, что они бродят по Москве. Почему-то вспомнились Воробьевы горы. Хорошо бы с ней там оказаться. Внизу вся столица в куполах и лента реки. В дымке город обретал сказочную красоту. Ерожин уже познакомился с изнанкой мегаполиса. С грязными дворами. С подвалами, где ширялись наркоманы. Не часто, но случалось, шеф подключал его к запутанным делам ведомства. И тогда Ерожин, как гончая, шел по следу.

Он любил оперативную работу. Положение помощника замминистра давало много преимуществ, но без постоянной оперативной работы Ерожин скучал. В том деле с наркотой он опередил эфэсбешников.

Ревнивое соперничество двух ведомств Ерожин сразу почувствовал. Дома, в области, такого не водилось. Там, в родном городе, с начальником отдела ФСБ Пантюхиным они часто дулись на бильярде, выезжали общей командой на рыбалку. И, хоть близкими друзьями не стали, жили по-приятельски.

После задержания с поличным крупного карася в цепи с травкой, Ерожин получил очередную звездочку.

За три года он вырос в подполковника. Такую карьеру мало кто из москвичей сумел сделать… Да и с городской изнанкой подполковник Ерожин познакомиться успел. Поэтому любил глядеть на столицу со смотровой площадки Воробьевки. Оттуда она казалась чистенькой и ладной.

В палату зашла Сима, молоденькая медсестра, сменившая прежнюю. Сима была свежа, но никаких эмоций у Петра Григорьевича не вызвала.