Восточное наследство

Глубина? Да, ее интересовала глубина. Сможет ли арык утопить машину. Утопить так, — чтобы на поверхности ничего не осталось.

Все говорило о том, что старый «жигуленок»

Вахида лежит на дне арыка. Вдруг Ерожина осенило: ""А если она моя дочь? Подумаешь, рыжая. Откуда я знаю, какого цвета мои предки? Я и отца родного почти не помню. Хороший поворот: приехать через двадцать два года и узнать, что у тебя есть дочь, да еще бандитка!

Надо разузнать, когда она точно родилась, — Ерожин вспомнил, что первая жена Вахида, Шура, работала в роддоме.

 — Вот с кем стоит поговорить"", — решил он.

— Почему уехал Степан-ака? — услышал Ерожин голос Сайда. Старый узбек держал в руках плетеную корзину. В корзине лежали бидон и сверток. — Молоко принес, сыр принес, а Степан-ака уехал.

— Скоро вернется. Вернется и людей с техникой привезет. Покажи, где девушка купалась?

Старый узбек сделал пять шагов вниз по течению.

— Здесь русский девушка воду ходил. Вот ее след. Твоя тоже увидит. Дождя Аллах не дал.

Глина твердый и сухой.

Ерожин подошел и увидел следы маленькой узкой ступни. Следов было несколько. Два четких, можно делать слепок, и один расплывчатый. Отпечаток пятки остался, а носки размыло. Сторож прошел метров десять вниз по течению.

— Там русский девушка воду ходил, а тут выходил, — сообщил он Ерожину."

"Петр Григорьевич последовал за стариком и обнаружил еще два отпечатка. Внимательно изучив след, сыщик Ерожин с выводами старого узбека согласился. Выше по течению след стопы вел к воде, тут из воды.

Ерожин медленно пошел дальше и через два метра обнаружил еще один след, также ведущий из воды.

— Погляди, Сайд, тут еще отпечатки, что скажешь?

— Совсем Сайд глупый. Ничего не понимает. Русский девушка один раз в арык ходил, два раза выходил, — качал головой Сайд.

Теперь Ерожин не сомневался. Фатима плавала два раза. Днем и ночью.

— Сайд, покажи, где девушка прятала свой велосипед? — попросил Ерожин.

Старик указал на кусты в ста метрах от шоссе. Время тянулось к полудню.

Ерожин успел поваляться на солнце, отведать из корзины Сайда сыра с лепешкой и молока. Старый узбек разделал рыбу — темный кривой ножик в кожаных ножнах он носил за голенищем мягких сапог, упрятанных носками в калоши, — когда со стороны шоссе послышался вой милицейской сирены.

Автоколонна медленно приближалась. Ерожин насчитал девять транспортных средств.

В середине плыл «КамАЗ» с краном. Караван свернул на проселок и, растянувшись во всю его длину, замер.