Волчья магнолия

Самое ценное — люстра с горелками в коридоре!

— А ты работящая, — вдруг заметила Дороти.

Я пожала плечами:

— Спасибо, жизнь заставила… — С губ едва не сорвалась фраза про шитье, но в последний момент я прикусила язык. — Да и навыки готовки мне пригодятся.

— Собираешься вскоре оставить свое… ремесло?

— Можно и так сказать, — кивнула я, поспешно отвернувшись.

Лгать Дороти не хотелось — она единственная из всех домочадцев относилась ко мне неплохо. Периодически я замечала ее взгляды, но она не позволяла себе никаких оскорблений и, за исключением самого первого дня, больше не пыталась учить меня жизни.

Иногда я думала о том, чтобы рассказать ей правду, но не решалась. Если я не добуду расписку, то Кларисса превратит мою жизнь в кошмар. Я все еще принадлежу ей.



— Я иногда тоже жалею, что уволилась… — вздохнула Дороти. — Точнее, меня уволили, но я могла поискать подобную работу в другом городе. Но так и не рискнула.

— А кем вы работали? — спросила я, забыв про морковку. Прежде Дороти никогда не говорила о себе, а мне хватало такта не задавать вопросы.

Не от хорошей жизни здесь собралась столь странная компания.

— Я работала в приюте. Учила подростков грамоте, а пару ночей в неделю дежурила в жилом корпусе. Там мы и познакомились с Джеком. Ох и задиристый он был! И оборотни, и люди травили его, а он ни одного оскорбления не прощал — сразу бил. Сколько раз мне приходилось обрабатывать его раны…"

"Я удивленно приподняла брови:

— Я думала, вы родственники.

— Нет, — помотала головой Дороти.

 — Хотя можно сказать, что он стал мне сыном. Джек еще тот упрямец, конечно, — улыбнулась она, — но он никогда не сдается и идет к своей цели, какой бы недостижимой она ни была. Когда меня изгнали из клана, Джек помог мне: поселил у себя и дал занятие. Я ведь не умею сидеть без дела.

— А за что вас изгнали? — спросила я и тут же осеклась. — Ой, простите за неуместное любопытство.

Дороти махнула рукой:

— В свое время эта история прогремела на весь город. Моя дочь отказала сыну лэрда и сбежала с разносчиком.

Я удивленно округлила глаза. Сдается мне, сын лэрда — это весьма выгодная партия! Многие человеческие девушки руку бы отдали за такое предложение! Правда, оборотни предпочитали жениться на своих.

— Понимаю твое изумление, — вздохнула экономка. — Сперва Ханна обрадовалась. Еще бы! Дочка простой учительницы и сын лэрда! Да и Йен был молод и хорош собой. Оказывается, он приметил ее, когда приезжал с визитом в приют, где Ханна помогала мне.