Водопад

Возможно, Джилл полагала, что таким образом использует Систему в своих целях, но Шивон подозревала, что в действительности дела обстояли с точностью до наоборот: это Система использовала Джилл — обтесывала, ломала, изменяла таким образом, чтобы она лучше вписывалась в отведенное для нее место. И Джилл уже начала возводить барьеры между собой и теми, с кем когда-то была близка. Чего стоил хотя бы урок, который она преподала Эллен Уайли!..

Шивон услышала, как дверь в туалет отворилась, потом кто-то негромко постучал в дверь кабинки.

— Шивон? Ты тут?…

Она узнала голос. Это была Дилис Джеммиль, молодая женщина-констебль.

— Что случилось, Дилис? — спросила она.

— Ты не забыла — сегодня у нас вечеринка?…

Вечеринка, о которой шла речь, представляла собой регулярный девичник, в котором принимали участие четыре-пять девушек-констеблей. Шивон была чем-то вроде почетного члена этого маленького общества любительниц громкой музыки, сплетен и водочных коктейлей на стойке бара — единственной женщиной-детективом, которую туда приглашали.

— Не знаю, смогу ли я, Дилис… — проговорила она.

— Ну, постарайся!

— Не знаю, — повторила Шивон. — В следующий раз я обязательно приду, договорились?

— Конченый ты человек, — сказала Дилис и ушла.

— Надеюсь, что нет, — пробормотала Шивон и встала со стульчака, чтобы открыть дверь.

Ребус стоял напротив церкви на противоположной стороне улицы. Он успел съездить домой и переодеться, но сейчас никак не мог заставить себя войти внутрь. Пока он так переминался с ноги на ногу, к церкви подъехало такси, и из него вылез доктор Керт.

Церковь была маленькой и скромной — как и хотел Конор Лири. Он сам не раз говорил об этом во время их с Ребусом долгих бесед. «Быстро, просто и без соплей, — заявлял Лири. — Вот какими должны быть мои похороны». Но «просто» не получилось… Ребус сомневался и в том, что получится «быстро». Отпевать Лири приехал сам архиепископ, с которым старый священник когда-то учился в Шотландском богословском колледже в Риме; с ним прибыло несколько десятков священников и служек, которые уже вошли в церковь.

Керт застегнул последнюю пуговицу и зашагал через улицу к Ребусу. Тот отшвырнул сигарету и засунул руки в карманы. На рукаве у него остался серый след от пепла, но он не стал отряхиваться.

— Подходящий день для похорон, — сказал Керт вместо приветствия и поглядел на небо, затянутое свинцово-серыми облаками.