Водопад

— Совершенно верно.

Ребус повернулся к Эллен.

— Если хочешь, можешь доложить Джилл о работе, которую мы проделали. Я уверен — для тебя найдется место и в основной следственной группе.

Эллен Уайли выпрямилась.

— Ты хочешь сказать, что не намерен оставлять свое расследование?

Ребус устало улыбнулся.

— Я склоняюсь к тому, чтобы все бросить, но… через пару дней.

— Почему не сейчас?

— Я должен убедиться, что это тупик.

Ребус поймал брошенный на него взгляд Джин, в котором сквозило сочувствие.

Должно быть, ей хотелось как-то его утешить, может, просто пожать руку или произнести несколько слов, и он порадовался, что присутствие других людей ее сдерживает. В противном случае он мог бы сказать ей какую-нибудь грубость. Например, что ни в каких утешениях не нуждается.

Если, конечно, не считать утешением забвение.

В дневной выпивке Ребус находил особое удовольствие. Днем в пабе время попросту исчезало, а вместе с ним и весь окружающий мир. Там ты чувствовал себя бессмертным, а выйдя из сумеречного зала в яростное сияние дня — смотрел на людей, спешащих по своим обычным делам, с ощущением, что мир переливается новыми красками.

В конце концов, во все времена люди заливали лакуны в своем сознании алкоголем, но не сегодня… Сегодня Ребус решил ограничиться только двумя порциями спиртного, так как знал, что после двух стаканов еще в состоянии будет оторваться от стойки и выйти на улицу. Три или четыре стакана означали, что он останется в баре до закрытия или до тех пор, пока не отключится. Да, два стакана — это оптимально. Оптимально… Ему понравилось это слово — оно было такое уютно-округлое и подходило к случаю. Оптимально пьян…

В баре Ребус заказал водку с апельсиновым соком. Разумеется, он предпочел бы виски, но водка с соком не давала шлейфа. Он вернется в участок пешком, продышится, и никто ничего не учует, зато мир вокруг будет казаться ему симпатичнее и добрее.

Когда зазвонил мобильный, Ребус решил было не отвечать, но на трели стали оборачиваться другие посетители, и он нажал кнопку.

— Алло?

— Угадать, где ты? — спросил женский голос, и Ребус узнал Шивон.

— К твоему сведению, я вовсе не в пабе, — быстро сказал он, и тут, по закону подлости, зеленый мальчишка, сражавшийся в углу с «одноруким бандитом», сорвал солидный куш — раздался характерный перезвон, и в лоток со звоном хлынули монеты.